Новости ершова нотариус лопатина

Нотариус Титов А.А.

адрес: Саратовская обл., Ершовский р-н, Ершов, ул. Космонавтов, 4, оф. 10

телефон: +7 (84564) 5-. — показать

график (часы) работы: пн-чт 8:00–16:00; пт 8:00–13:00

Будем вам благодарны, если вы оставите отзыв

Пожалуйста, оставьте небольшой отзыв о компании: несколько слов о качестве работы и вашем общем впечатлении — помогите другим посетителям сделать правильный выбор. Большое спасибо!

Построить маршрут

Введите адрес пункта отправления и узнайте самый быстрый маршрут до пункта назначения

Нотариус, подделавшая завещание на Mercedes-Benz и дома с квартирами, заключена под домашний арест

В Саратовской области заключена под домашний арест нотариус, которая подготовила документ о наследовании местной жительницей автомобиля Mercedes-Benz и четырех объектов недвижимости, расписавшись в нем за умершего завещателя, сообщает пресс-служба прокуратуры региона.

Нотариус нотариального округа города Ершова и Ершовского района 47-летняя С. Лопатина обвиняется в совершении преступления по ч. 3 ст. 30 – ч. 4 ст. 159 УК РФ (покушение на мошенничество в особо крупном размере).

По данным следствия, в октябре 2014 года Лопатина вступила в сговор с местной жительницей, с которой от имени ее знакомого, умершего в том же году, составила текст завещания, а также подделала подпись завещателя. Впоследствии нотариус передала этот документ женщине для предъявления его в администрацию одного из районов Саратовской области. При этом сотрудники администрации, не усомнившись в его подлинности, совершили нотариальные действия по удостоверению документа о завещании после смерти всего имущества заявительнице.

19 декабря 2014 года «наследница» предъявила завещание нотариусу нотариального округа Саратова с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство на имущество умершего мужчины, а именно автомобиль марки Mercedes-Benz E280 2007 года выпуска, однокомнатную квартиру общей площадью 37,5 кв. м., трехкомнатную квартиру площадью 94,5 кв. м., часть дома в 48,86 кв. м. и домик для отдыха в 79,2 кв. м. в Усть-Курдюмском участковом лесничестве региона.

Однако получить право на чужие автомобиль и недвижимость женщина не успела, поскольку 12 марта этого года завещание по заявлению родственников умершего было признано судом недействительным.

Поскольку нотариус Лопатина ранее не судима, имеет постоянное место жительства и регистрации на территории региона, замужем и у нее двое детей, судом в отношении нее избрана мера пресечения в виде домашнего ареста. Прокуратурой Саратова поддержано в суде ходатайство следователя об избрании меры пресечения в виде домашнего ареста и ее сообщнице.

Нотариус Ершова
Наталия Владимировна

Контактная информация

Адрес: 171640, г. Кашин, Пролетарская пл., 1

Ведение наследственных дел

Умершие до 01 января 2015 года, зарегистрированные в Кашинском районе, и с фамилией, начинающейся на М-Я.

По умершим с 01 января 2015 года наследственное дело можно завести у любого нотариуса, в пределах нотариального округа, где открылось наследство.

Новости ершова нотариус лопатина

ПРИЁМ ГРАЖДАН

Президент Саратовской областной нотариальной палаты

ГРУШИЦИНА ВАЛЕНТИНА АЛЕКСЕЕВНА

Вторник с 10:00 до 13:00

Вице-президент Саратовской областной нотариальной палаты

РАДИНА ТАТЬЯНА АНАТОЛЬЕВНА

Среда с 10:00 до 13:00

Прием граждан в Саратовской областной нотариальной палате производится при предъявлении паспорта.

Дело о нотариусе. Жители Ершова написали письмо в защиту обвиняемой

В Октябрьский районный суд Саратова поступило коллективное письмо жителей Ершова. Они просят суд «со всем вниманием и тщательностью подойти» к рассмотрению уголовного дела о покушении на мошенничество (по ч.3 ст.30 и ч.4 ст.159 УК РФ), связанного с подделкой завещания. На скамье подсудимых – жительница Саратова Галина Крупнова и нотариус из Ершова Светлана Лопатина. Если первая признала свою вину, то вторая говорит о том, что стала жертвой оговора и стечения обстоятельств. За Светлану Лопатину и беспокоятся ее земляки. Они надеются, что судья Анна Тихонова «увидит правду и не позволит сломать жизнь невиновному человеку».

А все началось с обычной рабочей встречи. Светлана Лопатина рассказывает, что в октябре 2014 года в офис к нотариусу Светлане Лопатиной зашла ранее ей не знакомая женщина, представилась Галиной Крупновой и попросила поискать завещание – якобы близкий ей человек, который умер в июне, должен был оставить ей часть дома в Ершовском районе. Нотариус провела розыск, но такого документа не нашла. Через некоторое время Галина Крупнова вновь обратилась к нотариусу, рассказала, что хочет развивать строительный бизнес и даже подумывает купить здание, и попросила познакомить ее с кем-нибудь из администрации. Спустя несколько дней к нотариусу зашел глава администрации села Новая Краснянка Хамзад Тупушев, которому Лопатина пересказала просьбу Крупновой. Его это заинтересовало, и он разрешил передать свой номер телефона. Лопатина так и сделала и больше, по ее словам, Крупнову не видела.

Галина Крупнова в своих показаниях говорит, что созвонилась, а затем встретилась с Хамзадом Тупушевым. Она уговорила его подделать завещание, пообещав хорошо заплатить и самостоятельно уладить вопрос с наследником. Затем – это есть в материалах дела – Тупушев передал своей подчиненной, ведущему специалисту Ольге Устиновой, флеш-карту, на которой находился файл с персональными данными умершего и Крупновой. Устинова составила завещание, внесла необходимые сведения в реестр для регистрации нотариальных действий, а потом в присутствии Крупновой утвердила завещание своей подписью и печатью администрации.

Зимой сын умершего Виктор Кошкин, узнав о завещании и не поверив в это, обратился в суд. В марте 2015 года на основании результатов экспертизы, которая выявила признаки подделки документа, было вынесено решение о признании завещания недействительным. Одновременно Кошкин написал заявление в полицию. Во время доследственной проверки, в апреле 2015 года, глава сельской администрации Хамзад Тупушев написал явку с повинной, в которой подтвердил свою и Устиновой причастность к фальсификации завещания, но при этом указал, что об этом его попросила Светлана Лопатина. В середине мая Тупушев покинул должность в администрации и покончил с собой.

На основании показаний Тупушева было возбуждено уголовное дело по ст.30 и ст.159 УК РФ (покушение на мошенничество). Галина Крупнова была арестована (сейчас находится под домашним арестом), у Светланы Лопатиной прошел обыск, она была помещена под домашний арест. Обе они стали обвиняемыми. А чиновники проходят свидетелями, их показания зачитываются на стороне обвинения. В отношении них дело было выделено в отдельное производство по более мягким статьям. В действиях Тупушева, который написал явку с повинной и сознался в совершении преступления, не было обнаружено состава преступления. Устинова была осуждена по ст. 292 УК РФ (служебный подлог), ее оштрафовали на 20 тыс. рублей и сразу же амнистировали. Сейчас она продолжает работать в администрации Новой Краснянки. По мнению Светланы Лопатиной, именно для того, чтобы уйти от обвинений в мошенничестве, чиновники и оговорили ее.

Крупнова и Лопатина сейчас обвиняются в том, что вместе сговорились подделать завещание, привлекли неустановленных лиц для его составления, а потом уже передали Тупушеву. По словам Лопатиной тот факт, что следствие не смогло установить «неустановленных лиц», выглядит абсурдно, учитывая содержание приговора суда в отношении Устиновой.

Защита Светланы Лопатиной заявляет о многочисленных процессуальных нарушениях, допущенных во время расследования. Так, адвокаты ходатайствуют о признании недопустимыми всех доказательств, связанных с показаниями Тупушева. Дело в том, что он был депутатом сельского собрания, а значит, говорят адвокаты, все следственные действия с ним (фиксация явки с повинной, допрос) должны были проводиться лишь по решению суда, а этого не было. Кроме того, по мнению защиты Лопатиной, уголовное дело должно было возбуждать управление Следственного комитета, но дело было возбуждено полицией. О другом нарушении рассказывает Светлана Лопатина. По ее словам, на обыск к ней домой в Ершов полицейских из Саратова привез потерпевший — сын умершего Виктор Кошкин, он вместе с сестрой присутствовал и на самом обыске. На следователя, ведшего это дело, защита Лопатиной подала жалобу в СК. Пока она не рассмотрена.

Адвокаты Светланы Лопатиной полагают, что и судебный процесс, который ведет судья Анна Тихонова, проходит не совсем правильно. Они говорят о нарушении принципа состязательности сторон, так как большинство ходатайств защиты отклоняется. Им не понятно, почему было отказано в приобщении к делу результатов экспертизы, которая показала, что текст поддельного завещания составлен «типовым стилем, используемым при составлении завещаний в администрации» села, то есть фактически указала на авторов. Также, говорят они, не приобщен к делу перевод телефонных разговоров Тупушева с женой (общались на казахском языке), в которых он «просит ее перед обыском спрятать черную папку с тем, что «он наговорил», и перенести к соседу некий предмет, называя его чудо-печкой, так, что жена не сразу поняла, о чем речь, а также говорит о возврате денег частями».

Защита Лопатиной отмечает и такой эпизод. Жена Тупушева была допрошена дважды: сначала в Ершовском следственном отделе СУ СКР сразу после смерти мужа, а потом – в полиции. Оба раза она отказалась от дачи показаний, воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ, дающей право не свидетельствовать против родственников.

Удивлена Светлана Лопатина и тем, что в судебном процессе в качестве свидетелей были допрошены три следователя и три оперативника, участвовавшие в расследовании дела. Также, говорит она, под конец процесса в деле сменился прокурор. «При этом в судебных заседаниях перерыв не объявлялся. То есть совершенно непонятно, когда же новый обвинитель смог ознакомится с многотомным уголовным делом, чтобы объективно представлять обвинение. При этом прежний обвинитель, который уже не является участником процесса, сидел в зале суда рядом с новым обвинителем, и они общались между собой. Мой адвокат указал на недопустимость такого положения, но судья это требование проигнорировала», — говорит Лопатина. Люди, присутствующие на судебных заседаниях делятся впечатлением, что происходящее в зале похоже на «игру по сценарию», и если какой-то момент в него не вписывается, он отметается.

В своем письме в Октябрьский суд жители Ершова тоже говорят о том, что выдвинутые против Лопатиной обвинения являются следствием оговора, зависти, мести и неприятно сложившихся обстоятельств. «После ряда судебных слушаний широкому кругу общественности стало известно, что некоторым фигурантам этой запутанной и неоднозначной истории выгодно оболгать Светлану Алексеевну, дабы выгородить себя и завуалировать свое непосредственное неприглядное участие». Они считают, что дело сфабриковано в угоду «чести мундира» и не верят, что женщина, которая более 10 лет добросовестно и честно исполняла свой профессиональный долг, «могла в один миг стать преступником, позариться на чужое добро». По их словам, ее арест в мае прошлого года стал для них «громом среди ясного неба», ведь они знают Лопатину как грамотного специалиста, умного, отзывчивого и порядочного человека.

Жители Ершова вступились за городского нотариуса

Жители Ершова (Саратовская область) направили коллективное письмо в суд в защиту местного нотариуса Светланы Лопатиной, которая обвиняется в попытке мошенничества, связанной с подделкой завещания. Они говорят, что дело сфабриковано, и уверены, что выдвинутые обвинения являются следствием оговора. Дело строится на показаниях главы администрации села Новая Краснянка, который поручил своей подчиненной заверить поддельный документ. Спустя месяц после явки с повинной чиновник покончил с собой. Сама госпожа Лопатина считает, что ее оговорили, и указывает на многочисленные нарушения, допущенные в ходе следствия.

Во вторник Октябрьский суд Саратова приобщил к материалам уголовного дела о подделке завещания коллективное обращение жителей Ершова в защиту одной из подсудимых — нотариуса Светланы Лопатиной. Она обвиняется в покушении на мошенничество (ч. 3 ст. 30 и ч. 4 ст. 159 УК РФ). Авторы письма в защиту Светланы Лопатиной возмущены тем, что нотариус уже год не может работать, так как находится под домашним арестом. Они считают, что уголовное дело «сфабриковано в угоду “чести мундира”», а выдвинутые обвинения «являются следствием оговора, зависти, мести и неприятно сложившихся обстоятельств». «Мы ждали, что следствие разберется в происшедшем и истинные виновники будут наказаны. Но, к сожалению, этого не произошло, — пишут они. — Многие из нас прекрасно знают людей, из-за которых нотариус попала в неприятную ситуацию, но ни одного из нас работники правоохранительных органов никогда не спрашивали. При этом, насколько нам известно, люди, которые ее никогда не видели, дают на ее счет обвинительные показания».

Жители Ершова не верят, что нотариус, более десяти лет «добросовестно и честно исполнявшая свой профессиональный долг, могла в один миг стать преступником и позариться на чужое добро». Они просят судью Анну Тихонову «со всем вниманием и тщательностью подойти к рассмотрению дела» и надеются, что суд «не позволит сломать жизнь невиновному человеку».

Дело госпожи Лопатиной рассматривается в суде с февраля 2016 года. По версии обвинения, после смерти близкого знакомого жительница Саратова Галина Крупнова якобы сговорилась с нотариусом, и при помощи неустановленных лиц они составили от его имени завещание, по которому все его имущество отходило госпоже Крупновой. Далее, считает следствие, госпожа Лопатина передала поддельный документ главе администрации села Новая Краснянка Хамзаду Тупушеву, затем ведущий специалист администрации Ольга Устинова его удостоверила и зарегистрировала в реестре. Получить наследство госпожа Крупнова не смогла: в марте 2015 года по заявлению сына умершего суд признал завещание недействительным, так как экспертиза обнаружила признаки подделки документа. Параллельно проверку проводила полиция.

В начале апреля 2015 года Хамзад Тупушев написал явку с повинной, в которой подтвердил свою и госпожи Устиновой причастность к подделке завещания, но указал, что сделал это под угрозами со стороны Светланы Лопатиной. Спустя полтора месяца чиновник уволился из администрации и покончил с собой. На основании его показаний было возбуждено уголовное дело о покушении на мошенничество. Интересно, что в отношении чиновников дело было выделено в отдельное производство по более мягким статьям. Следствие не установило в действиях господина Тупушева состава преступления, а госпожа Устинова была осуждена и приговорена к штрафу в 20 тыс. рублей по ч. 1 ст. 292 УК РФ (служебный подлог) и сразу же амнистирована. Сейчас она свидетель обвинения. Более того, она продолжает работать в той же должности.

На скамье подсудимых в итоге оказались Галина Крупнова, которая говорит, что в одиночку уговорила господина Тупушева за вознаграждение оформить завещание задним числом, и нотариус Светлана Лопатина, которая считает, что стала жертвой оговора. По ее словам, госпожа Крупнова обратилась к ней осенью 2014 года с просьбой разыскать завещание на часть дома умершего, но нотариус такого документа не обнаружила. На следующей встрече госпожа Крупнова попросила ее познакомить с кем-нибудь из администрации с целью развития своего строительного бизнеса. С согласия господина Тупушева, который заходил к нотариусу на прием, госпожа Лопатина передала его номер телефона госпоже Крупновой, а о том, что происходило дальше, не знала.

По мнению защиты госпожи Лопатиной, уголовное дело было возбуждено и велось полицией с процессуальными нарушениями. Сомневаются адвокаты и в непредвзятости суда — ввиду отклонения большинства ходатайств защиты, в том числе о приобщении результатов экспертиз, свидетельствующих в пользу госпожи Лопатиной. «Под конец на процессе сменился прокурор, но перерыва для ознакомления с многотомным делом объявлено не было. На заседании прежний обвинитель, уже не являющийся участником процесса, и новый сидели рядом и общались между собой. Адвокат указал на недопустимость такого положения, но судья это требование проигнорировала», — говорит госпожа Лопатина. По мнению авторов обращения в суд позиция обвинения удивляет: « Все идет, как по спланированному сценарию». В свою очередь гособвинение пока от оценок процесса воздерживается.

Ознакомьтесь так же:  Как встать на учет в службу занятости населения

Нотариально-деревенский детектив

Парадоксы обвинения продолжаются: квалификация преступных действий
Итак, если верить обвинительному заключению, ершовский нотариус Светлана Лопатина вступила в преступный сговор с саратовской пенсионеркой Галиной Крупновой с целью обогащения последней путем мошенничества — присвоения чужого наследства с помощью подложного завещания. Соответственно, была достигнута договоренность о распределении ролей в рамках преступной группы:
«При этом, для осуществления задуманного, Лопатина С.А. приняла на себя обязательства, с привлечением других лиц, обеспечить изготовление подложного завещания, … то есть предоставить средство для совершения преступления, а Крупнова Г.В. — предоставить Лопатиной С.А. персональные данные о личности Кошкина В.В., образцы его подписи и почерка, предъявить подложное завещание нотариусу для получения на свое имя свидетельства о праве собственности на имущество Кошкина В.В.» . (Из обвинительного заключения по делу Лопатиной С.А. и Крупновой Г.В.)
Как видим, изначально роль Светланы Лопатиной сводилась к череде действий, связанных с изготовлением подложного завещания. Если пользоваться юридической терминологией, применительно к данному уголовному делу о мошенничестве подложное завещание является орудием преступления. Практически таким же, как нож или пистолет для убийцы, отмычка для домушника, отточенное лезвие для карманника. При этом Лопатина не просто сама изготавливает подложное завещание, но делает это еще и с привлечением неких «третьих лиц».
Хорошо, давайте согласимся с формулой обвинения. Но тогда у нас (точнее, у обвинителя) начинаются нестыковки с квалификацией преступных действий.
«Указывая, что умыслом Светланы Лопатиной охватывалось лишь изготовление подложного документа (то есть предоставление средства совершения преступления), и не описывая никаких иных противоправных действий моей подзащитной, выходящих за рамки этого, обвинение в нарушение норм УК РФ квалифицирует действия Лопатиной как соисполнительство и вменяет ей квалифицирующий признак «группой лиц по предварительному сговору». Ведь, согласно ч. 5 ст. 33 УК РФ, лицо, содействовавшее совершению преступления, является пособником. Описывая действия Светланы Лопатиной при знакомстве с Галиной Крупновой как обещание «обеспечить изготовление» подложного завещания («то есть предоставить средство для совершения преступления»), обвинение не имело никаких оснований для вменения квалифицирующего признака «совершение преступления группой лиц по предварительному сговору», поскольку соучастие в форме пособничества не образует данного квалифицирующего признака» ,— таково мнение адвоката Таймураза Тотикова, защищавшего Светлану Лопатину в суде первой инстанции.
Из дальнейшего содержания обвинительного заключения фабула совершенного Лопатиной преступления перманентно расширяется. Помимо соисполнителя в форме пособника Светлана Лопатина как-то очень плавно становится еще и «подстрекателем». Согласно ч. 4 статьи 33 УК РФ, « подстрекателем признается лицо, склонившее другое лицо к совершению преступления путем уговора, подкупа, угрозы или другим способом» . Вскоре становится понятно, почему потребовалось расширять круг соучастников преступления. В обвинении отмечается, что Лопатина сама не могла изготовить подложное завещание задним числом, воспользовавшись своим служебным положением нотариуса. Подобное исключала специальная «Единая информационная система нотариата Российской Федерации (ЕИС)», с помощью которой фиксируются, вскоре после их совершения (а точнее, в течение недели), все действия с завещаниями всех нотариусов России. ЕИС появилась весной 2013 года, поставив заслон возможным злоупотреблениям путем подложных завещаний.
Так вот, как считает обвинение, чтобы обойти это «электронное препятствие» и скрыть свое участие в преступлении, Лопатина придумала очень оригинальный ход. Дело в том, что в сельских муниципальных образованиях, где нет своих нотариусов, их полномочия могут исполнять специально назначенные сотрудники администрации. Лопатина знала подобный порядок и решила им воспользоваться. Однако без вовлечения в преступление кого-либо из глав сельских администраций использование подобной правовой лазейки нереально. Поэтому первым человеком, которого она направила на скользкую дорожку своих преступных замыслов, оказался 64-летний глава администрации села Новая Краснянка Хамзада Тупушев.
Далее обвинение выглядит так: Лопатина С.А. сообщила Тупушеву Х.Р., что у ее знакомой Крупновой Г.В. умер сожитель Кошкин В.В., владевший домом и земельным участком в Ершове. И что Кошкин дом и земельный участок хотел завещать своей гражданской жене Крупновой, но из-за смерти не успел. Этих сведений Лопатиной оказалось достаточно, чтобы склонить Тупушева на совершение преступных действий. При этом Лопатина скрыла от Тупушева, что на самом деле наследство умершего Кошкина гораздо больше, нежели «домик в деревне». Как бы там ни было, но своей цели Светлана Алексеевна добилась. Как указано в обвинительном заключении, « используя свой авторитет и влияние в Ершовском районе Саратовской области, обманывая и злоупотребляя доверием, Лопатина С.А. убедила Тупушева Х.Р. выполнить ее незаконную просьбу — удостоверить завещание от имени умершего Кошкина Владимира Викторовича, не поставив при этом Тупушева в известность, что покойный свое имущество Крупновой Г.В. в действительности не завещал, и об истинной цели приобретения права на имущество покойного путем обмана и злоупотребления доверием».
Итак, Лопатина уговаривает Тупушева пойти на должностное преступление — принять участие в изготовлении подложного завещания. При этом не ставит последнего в известность «об истинной цели приобретения права на имущество покойного путем обмана и злоупотребления доверием» . Но раз цели завладения имуществом покойного нет, зачем же изготовлять подложное завещание Кошкина? Думаю, подобное утверждение обвинительного заключения входит в противоречие с теми сведениями, которые Хамзада Тупушев изложил в своей явке с повинной. Напомню, в этом документе, являющемся неотъемлемой частью доказательств по делу, глава администрации Новой Краснянки не скрывал, что изначально опасался возможных негативных последствий от подлога, в котором ему предложили участвовать.
«Спросил у Лопатиной С.А., а есть ли наследники. Она сказала, никого нет. Также она пояснила, что Оксана Эдуардовна — ее близкая подруга и начальница, и она ей хочет помочь и угодить. Обещала, (что) никаких эксцессов не будет по этому вопросу, а если будет, то все вопросы она будет решать ». (Из явки с повинной Тупушева Х.Р. от 6 апреля 2015 г.)
Выходит, что противоправный характер действий, на которые Лопатина якобы подбивала Тупушева, Хамзада Рафикович осознавал изначально. Так зачем же автор обвинительного заключения кривил душой и шел против своих же собственных доказательств? Тупушев в момент написания обвинительного заключения был уже на том свете. И по этой простой причине никак не мог попасть на скамью подсудимых. По этой же самой причине главный свидетель обвинения не имел возможности отказаться от своих первоначальных показаний. Так что особо выгораживать Тупушева не было никакой необходимости. И все же мы имеем то, что имеем. При внимательном чтении обвинительного заключения Светлана Лопатина выглядит не только как пособник, но еще и как подстрекатель преступления.
Если же здраво оценить действия и поступки, которые обвинительное заключение приписывает Светлане Алексеевне, поведение нотариуса Лопатиной в ходе совершения ею преступления (по крайней мере в том виде, как оно описано в обвинительном заключении) вряд ли можно признать рациональным. И даже адекватным. Я бы сказал, что оно напоминает поведение человека, который не ведает, что творит. Судите сами: согласно версии обвинения, Лопатина склонила Тупушева к подделке завещания. Хамзада Рафикович не только согласился помочь Светлане Алексеевне в ее преступных намерениях, но и вовлек свою подчиненную Устинову в изготовление подложного документа. Вернее, пока только получил от Устиновой согласие на участие в этом отнюдь не благодарном деле. Казалось бы, при таком раскладе никаких особых проблем с изготовлением подложного завещания возникнуть не должно: все заготовки текстов для завещаний, которые проходят или должны пройти через администрацию села Новая Краснянка, находятся в рабочем компьютере у ведущего специалиста Ольги Устиновой. Остается лишь передать Тупушеву или Устиновой персональные данные Владимира Кошкина. Они внесут эти данные в электронный текст завещания, после чего документ останется только распечатать и заверить подписями и печатями.
Правда, возникала одна «закавыка». В эту бумагу, а также в реестр нотариальных действий будет необходимо вписать еще и поддельную подпись покойного наследодателя. Как нам уже известно, данная подпись была подделана путем перерисовки с другого нотариального документа — доверенности, выданной нотариусом Саратова Оксаной Гнатенко на имя Галины Крупновой на право распоряжаться имуществом ее покойного отца Владимира Тутунова. Из-за немощности Тутунова рукоприкладчиком в данной доверенности (то есть человеком, дополнительно свидетельствующим о волеизъявлении Тутунова и о факте его немощности) выступил Владимир Кошкин. Но кто из соучастников данного преступления сделал эту перерисовку персонально, следствию не удалось установить. Ни Тупушев, ни Устинова ни в чем подобном не сознались. Тупушев, как мы помним, заявил, что все документы для подделки подписи Кошкина (отпечатанные тексты завещаний и реестр нотариальных действий) он отвозил и передавал Лопатиной. А та возила эти документы в Саратов. После чего вместе с Крупновой привезла эти подделки 12 октября 2014 года прямо в администрацию Новой Краснянки. Это было воскресенье. Однако ради уважаемых гостей глава администрации Тупушев и ведущий специалист Устинова вышли на работу и довели соучастие в преступлении до логического конца. Точнее, довела Устинова — ведь именно она удостоверила подложные завещания своей подписью и поставила на соответствующую запись в реестре нотариальных действий печать администрации Новой Краснянки. При этом, если верить показаниям Устиновой и Тупушева, именно 12 октября 2014 года они оба впервые увидели Галину Крупнову, то есть ранее неизвестную им даму, ради материальной выгоды которой и городился огород, вылившийся в несколько уголовных дел.
Впрочем, ни Галина Крупнова, ни Светлана Лопатина своего участия в подделке подписи Владимира Кошкина также не признали. Более того, Лопатина продолжает настаивать на своей полной невиновности и утверждать, что она вообще ничего не знала о преступных намерениях Галины Крупновой и о содействии в изготовлении подложного завещания Хамзады Тупушева вплоть до февраля-марта 2015 года. То есть до тех пор, пока гражданский процесс вокруг завещания Кошкина не вступил в завершающую фазу. А поскольку следствию в итоге так и не удалось установить, кто же конкретно подделал подпись покойного Кошкина в подложном завещании, был придуман не очень оригинальный способ обойти этот подводный камень. В обвинительном заключении появились «неустановленные лица», на которых и была возложена ответственность не только за подделку подписи, но, собственно, и за изготовление (в электронном виде) самого текста подложного завещания. При этом преступные функции Светланы Лопатиной в данном уголовном деле напоминают банальные курьерские обязанности.

“Бизнес-вумен” Галина Крупнова в момент приобретения автомобиля Audi Q7. На нем она приезжала за подложным завещанием в Новую Краснявку

Сначала Лопатина находит каких-то «неустановленных лиц», которых уговаривает изготовить на компьютере текст подложного завещания. Она же передает им персональные данные Кошкина. Откуда у Лопатиной или «неизвестных» взялась текстовка завещания для сельских администраций — неизвестно. Но вот что любопытно: владея персональными данными Кошкина и организуя изготовление подложного завещания, Лопатина не удосужилась поинтересоваться даже фамилией и должностью человека, который на завершающем этапе махинации должен будет заверить орудие преступления своей подписью и печатью сельской администрации. То есть ведущего специалиста Ольги Устиновой. И такой «полуфабрикат» неизвестные соучастники сбросили на флэшку, которую Лопатина отвезла в Ершов и передала Тупушеву. Тот передал эту флэшку Устиновой. Устинова проверила текст, внесла в него свои фамилию и должность, после чего распечатала требуемое количество экземпляров подложного завещания. Тогда же Ольга Тимофеевна подделала соответствующую запись о регистрации нотариальных действий таким образом, что в реестре появились две записи за №81, и отдала вышеперечисленные продукты своей криминально-трудовой деятельности (книгу регистрации завещаний и распечатанные экземпляры завещания) своему шефу — «Валерию Васильевичу». Он отвез псевдодокументы в Ершов. Воспользоваться ими было невозможно, поскольку на них отсутствовала подпись покойного Кошкина. Поэтому Тупушев второй раз поехал в Ершов на встречу с Лопатиной, где якобы и передал желаемое «заказчице». При этом Хамзада Рафикович, как следует из его явки с повинной, отдал Светлане Алексеевне бумаги и флэшку. Впрочем, о возврате флэшки речь идет только в явке с повинной. В дальнейших своих показаниях «Валерий Васильевич» утверждает, что выбросил флэшку в Ершове в канализационный коллектор. И вообще с этой флэшкой в данном уголовном деле происходят какие-то странные метаморфозы. В разных показаниях флэшка становится то черной, то белой, то вообще неопределенного цвета. Ольга Устинова в своих показаниях вообще утверждает, что ранее неоднократно видела эту самую флэшку у Тупушева.
По версии следствия, Светлана Лопатина снова поехала в Саратов. Прихватила с собой «творения» Устиновой, которые передала «неустановленным лицам». Именно в Саратове, по версии следствия, неизвестные подделали путем обводки-перерисовки подпись покойного Кошкина. Лопатина, продолжая свою деятельность в качестве курьера преступной группы, привезла эти подложные документы в администрацию Новой Краснянки. Как уже известно, Ольга Устинова заверила подделки подписями и печатью. На этом изготовление подложного завещания со всеми сопутствующими атрибутами, которым впоследствии в личных корыстных интересах воспользовалась Галина Крупнова, было завершено. Произошло это 12 октября 2014 года.

Как Ольга Устинова невольно превратилась в свидетеля защиты
Все то время, что я работал над материалами данного уголовного дела, меня мучил главный вопрос — относительно виновности нотариуса Лопатиной в инкриминируемом ей преступлении. Этот вопрос был напрямую связан с другим, не менее актуальным: насколько Хамзада Тупушев был правдив и искренен в показаниях и явке с повинной, акцентируя внимание следствия на якобы криминальном поведении Лопатиной?
Все было так, как «Валерий Васильевич» описал, а потом и рассказал под протокол? Или же он, спасая себя, оговорил невинную женщину?
Постараемся прояснить ситуацию со встречами Лопатиной и Тупушева, на которых якобы обсуждались вопросы, связанные с передачей и возвращением флэшки, отпечатанных и незаверенных текстов завещания и т.д.
Согласно показаниям Лопатиной, встреч и бесед на эти темы с Тупушевым у нее не было вовсе. Светлана Алексеевна не отрицает, что осенью 2014 года Хамзада Рафикович заезжал в ее нотариальную контору, чтобы оформить доверенность на автомобиль. Но иных встреч и контактов между нотариусом Ершова и главой администрации Новой Краснянки не было. А вот согласно сведениям, изложенным Тупушевым в его явке с повинной, в сентябре и октябре 2014 года у него было пять встреч со Светланой Лопатиной. И на каждой из них так или иначе затрагивались вопросы, связанные с подложным завещанием. Как указывал Тупушев, на первых двух встречах Лопатина уговаривала его принять участие в предстоящем мошенничестве. На третьей встрече отдала флэшку с частичным текстом (без данных Ольги Устиновой) подложного завещания. Во время четвертой встречи Тупушев вроде бы вернул Лопатиной ее флэшку и передал отпечатанные тексты завещания. И, наконец, во время пятой встречи Светлана Лопатина довела свой преступный умысел до конца — то есть до того, как подложное завещание (орудие преступления) было изготовлено и передано Галине Крупновой (непосредственному исполнителю мошенничества). Произошло это, согласно обвинительному заключению, 12 октября 2014 года в администрации села Новая Краснянка.
Никаких доказательств, подтверждающих, что первые четыре встречи между Лопатиной и Тупушевым вообще имели место, в материалах уголовного дела мне обнаружить не удалось. А вот с последней, пятой встречей, все обстоит несколько иначе. Здесь без свидетелей Хамзада Рафикович уж никак обойтись не мог. При этом, согласно показаниям покойного Тупушева, на завершающем этапе изготовления подложного завещания в администрации Новой Краснянки помимо него самого и Лопатиной присутствовали также Устинова и Крупнова.
В свой явке с повинной Хамзада Тупушев утверждает, что после звонка Лопатиной, которая сообщила ему, что выезжает из Саратова вместе с женщиной, которой надо будет передать завещание, он срочно вышел на работу. Несмотря на воскресный день, он вызвал на работу и Устинову. На работе Тупушев и Устинова появились почти одновременно. А через некоторое время подъехали Лопатина и Крупнова. Каждая на своем внедорожнике. Дамы зашли в кабинет Тупушева, Лопатина якобы представила Крупнову как наследницу. Была вызвана Ольга Устинова для окончательного заверения подложных завещаний. После того как завещания были изготовлены, Лопатина покинула здание администрации и уехала по своим делам. А вот Галина Крупнова дожидалась, пока Устинова выдаст ей справку, что завещание покойного Кошкина не изменялось и не отменялось. Так события 12 октября 2014 года выглядят в показаниях Хамзады Тупушева. А вот что об этих же событиях рассказывала Ольга Устинова.
Здесь стоит пояснить, что она давала свидетельские показания и во время гражданского процесса между Галиной Крупновой и законными наследниками Кошкина, и на начальном этапе уголовного расследования в марте 2014 года. Все показания госпожи Устиновой по этому делу, данные ранее апреля 2015 года, были лжесвидетельствами. В этом она откровенно призналась впоследствии, пояснив, что лжесвидетельствовала она под явным нажимом бывшего начальника Тупушева. Однако после того как 6 апреля 2015 года Хамзада Рафикович посоветовал подчиненным давать правдивые показания и уехал в Саратов писать явку с повинной, изменилось и поведение госпожи Устиновой. На следующий день, то есть 7 апреля, Ольга Тимофеевна также отбыла в Саратов, где также написала явку с повинной и дала свидетельские показания. После чего уголовное дело в отношении Ольги Устиновой было выделено в отдельное производство. В итоге все закончилось обвинительным приговором за должностной подлог и наказанием в 20 тысяч рублей штрафа с последующим применением амнистии. Я упоминаю здесь об этих обстоятельствах, поскольку они позволяют нам воспринимать показания Ольги Устиновой от 7 апреля 2015 года как наиболее правдивые и непредвзятые. Итак, вот что поведала в тот день Ольга Тимофеевна Устинова:
«12.10.2014 года в первой половине дня, точное время я не помню, я находилась у себя дома, так как это был выходной день (воскресенье), когда мне на сотовый телефон позвонил Тупушев Х.Р. и попросил меня прийти на работу, чтобы подписать ранее составленное мною задним числом завещание. На что я согласилась и примерно через 40 минут пришла на работу. Хочу пояснить, когда последний попросил меня прийти на работу, я не стала задавать ему лишних вопросов о переносе данного подписания на следующий рабочий день, так как посчитала, что он является мне руководителем и лишние вопросы неуместны. Когда же я пришла на работу, то увидела, что Тупушев Х.Р. в своем кабинете сидит с ранее неизвестной мне женщиной, которая как раз и оказалась наследница Крупнова Г.В., тогда я поняла, к чему была такая спешка в подписании документов. Там Тупушев Х.Р. в присутствии Крупновой Г.В. передал мне 2 экземпляра завещания и реестр нотариальных действий, которые до этого лежали у него на столе, и попросил меня поставить в них свои подписи и гербовые нотариальные печати, что я и сделала также в присутствии последних. Все это время Тупушев Х.Р. и Крупнова Г.В. молчали. Когда же я подписала и поставила печати, то передала один экземпляр завещания Крупновой Г.В., а второй экземпляр и реестр пошла убирать в свой рабочий сейф. Но перед моим уходом Крупнова Г.В. неожиданно для меня сказала, что если кто-то будет меня спрашивать о составлении данного завещания, то мужчина, который их просил составить, выглядит вот так. При этом последняя показала мне лежащие рядом с ней на столе 3 цветные фотографии размером примерно 9 на 12 см, на которых был изображен один и тот же мужчина. Так же Крупнова сказала мне, что он высокий, крупного телосложения, лысый и седоватый. На что я спросила последнюю, а кто меня о составлении данного завещания может спросить. Крупнова ответила, мало ли кто. Тупушев Х.Р. ни в ходе данного разговора, ни после него мне так ничего и не сказал о неожиданном для меня происшествии, а я его и не спросила. Кроме того, в тот же день я по просьбе Крупновой Г.В. подготовила справку нашей администрации о том, что составленное мною задним числом завещание не отменялось и не изменялось, от 13.10.2014 года, так как 12.10.2014 года был выходным днем». ( Из протокола допроса Ольги Устиновой от 7 апреля 2015 г.)
Сравним информацию в явке с повинной Тупушева с рассказом о событиях, происходивших в администрации Новой Краснянки 12 октября 2014 года из показаний Ольги Устиновой.
Итак, 12 октября Тупушеву позвонила Лопатина и сообщила, что едет из Саратова вместе с человеком, которому надо передать подложное завещание. Тупушев прибыл на работу, предварительно вызвав туда же и Устинову. В явке с повинной Тупушев указывает, что в этот воскресный день он появился на работе почти одновременно с Устиновой. Далее он утверждает: «А через некоторое время туда же (в сельскую администрацию) подъехали Лопатина на белой «Ауди» и Крупнова на бежевой «Ауди». Зашли ко мне в кабинет, передали все подписанные документы якобы Кошкиным В.В.
Устинова посмотрела документы и подписи и поставила печати, один экземпляр завещания отдала Крупновой Г.В., второй остался у нас. После этого дали Крупновой справку, что на завещание никто не претендует. (…)
Лопатина С.А. уехала, сказав, что ей здесь долго рисоваться нельзя, а за (ней) вслед уехала Крупнова Г.В.
Я отвез Устинову О.Т. домой и сам поехал домой».

В показаниях Устиновой эти события выглядят иначе. После звонка шефа она срочно идет на работу. На путь пешком от дома до здания администрации уходит около 40 минут. В кабинете Тупушева она застает своего начальника и неизвестную ей Галину Крупнову. Никакой Лопатиной нет.
Во-вторых, есть существенные различия в показаниях Устиновой и Тупушева относительно того, кто же передал Устиновой подложное завещание. Она утверждает, что Тупушев. А вот Тупушев говорит, что эти якобы подписанные Кошкиным документы Лопатина с Крупновой привезли с собой. Ольга Тимофеевна в своих показаниях излагает, что в кабинете у Тупушева и в его присутствии ранее неизвестная ей Галина Крупнова фактически инструктировала ее, как следует вести себя в случае, если данная история приведет к правовым проблемам. Ведь всего несколько дней назад Тупушев убеждал ее, что наследников у покойного Кошкина нет, а потому никаких проблем с законом опасаться не придется. Если же пользоваться юридическими терминами, Крупнова априори подстрекала Устинову к перспективе гипотетического лжесвидетельства. При этом разговоре, как указывает Устинова, Хамзада Рафикович молчал. Как будто начальником Устиновой был не он, а гражданка Крупнова.
Причина поведения Крупновой по отношению к Устиновой стала понятна на судебном процессе. Как пояснила в своих показаниях Крупнова, Тупушев уже при первой личной встрече с ней попросил у нее 30 тысяч рублей. Крупнова денег заранее давать не хотела, но Тупушев пояснил, что эту сумму надо заплатить за услуги женщине, которая будет заверять подложное завещание. То есть, если верить Крупновой, Тупушев попросил у нее и вроде бы получил взятку «под Устинову». Поэтому-то Крупнова и вела себя при встрече с Устиновой как человек, который «заказывает музыку». А Ольга Устинова, которая никаких денег от Тупушева не получала, была искренне удивлена. При этом во всех последующих свидетельских показаниях вплоть до выступления в суде Устинова продолжала твердо стоять на своем: Светлану Лопатину в администрации Новой Краснянки 12 октября 2014 года она не видела. И точка!
Есть в показаниях Ольги Устиновой и еще один важный момент, который касается событий, предшествующих 12 октября 2014 года. В своих показаниях Устинова утверждает, что флэшка принадлежала главе администрации Новой Краснянки. Во всяком случае, она неоднократно видела эту флэшку у Тупушева задолго до всей этой истории. Естественно, в процессе подготовки к распечатыванию необходимо было открыть флэшку на компьютере и найти нужный файл. И Устинова хотя бы по названиям файлов смогла бы определить, имеет ли отношение содержащаяся в них информация к делам сельской администрации. Поэтому в показаниях от 7 апреля она уверенно утверждала, что переданная ей Тупушевым флэшка принадлежала именно сельскому главе. Стоит ли говорить, что это еще одно важное дополнительное свидетельство в пользу невиновности Светланы Лопатиной?

Ознакомьтесь так же:  Налоговая декларация за 2019 год когда подавать

Демон, который покаялся слишком поздно и не вполне искренне
Наверняка читатель помнит, что ранее я назвал Галину Крупнову одним из демонов, сыгравших роковую роль в жизни Светланы Лопатиной. Не буду скрывать: я считаю Галину Владимировну одним из тех людей, чьи действия и поступки (а точнее, чья глупость и жадность) предопределили попадание в тюрьму невиновного человека. Не затей Крупнова кутерьму с подложными завещаниями, все участники этой истории были бы живы и на свободе. Однако мне не хотелось бы читать мораль, а хотелось бы поговорить о поведении Галины Владимировны в заключении и о тактике избранной ею защиты. На мой взгляд, именно благодаря этой тактике Галина Крупнова из мошенницы-индивидуалки превратилась в соучастницу «организованной группы мошенников, действующих по взаимной договоренности». А это уже четвертая, самая тяжелая часть статьи 159 УК РФ, предусматривающей наказание от пяти до десяти лет лишения свободы.
Галина Владимировна полностью отказалась от дачи показаний. На первый взгляд ничего удивительного в таком поведении нет. Довольно часто адвокаты советуют подзащитным, чья виновность находится под большим сомнением или ее трудно доказать, отказываться от дачи показаний. Однако случай Галины Крупновой, на мой взгляд, к подобным ситуациям не относится. Начиная с момента, как в гражданском суде данное завещание было признано недействительным, и кончая явкой с повинной Тупушева, положение подозреваемой, а затем и обвиняемой Крупновой было практически безнадежным. Тем не менее, Галина Крупнова отказывалась от дачи показаний на протяжении четырех с половиной месяцев, если считать этот срок с даты ее ареста. Уже принесли явки с повинной и дали свои развернутые показания Тупушев и Устинова. Потом Тупушев повесился, предоставив стороне обвинения возможность использовать его показания без него самого в суде. Потом Светлане Лопатиной было предъявлено обвинение как соучастнице в мошенничестве и избрана мера пресечения в виде содержания под стражей. А Галина Крупнова все молчала и молчала. Свои первые показания на предварительном следствии она дала только 28 августа 2015 года. Возможно, Крупнова молчала бы и дальше, но тут случилось труднообъяснимое. Она засомневалась в своем ведущем адвокате и отказалась от ее услуг. После частичной замены прежнего адвокатского состава Крупнова и начала давать показания. Но было поздно: основная фабула обвинения, ориентированная на «организованную группу» уже устоялась в мозгах следователя Сергея Киреева. И отказываться от этой позиции он не желал. В своем выступлении в суде Галина Крупнова практически подтвердила и дополнила свои показания, данные на предварительном следствии. Однако суд довольно критически отнесся к ее откровениям, что и отразилось в приговоре.
Тем не менее, эти показания Крупновой для нас важны, поскольку проливают дополнительный свет на истинную роль всех участников этой низкосортной мелодрамы.
Из показаний Галины Крупновой от 28 августа 2015 года:
«Я также попросила Лопатину познакомить меня с главой муниципального образования , так как у него могло быть завещание Кошкина. Лопатина согласилась и пояснила, что она даст мне телефон знакомого главы муниципального образования. Я сообщила Лопатиной, что глава администрации мне нужен для того, чтобы купить какое-нибудь здание, что было предлогом для того, чтобы Лопатина меня познакомила с главой администрации. Мне на самом деле глава администрации нужен был, чтобы узнать про завещание. И в случае отсутствия завещания уговорить главу администрации подделать завещание. В начале октября 2014 года, зная, что у Кошкина В.В. осталось имущество, а именно ряд объектов недвижимости и автомобиль, я решила в случае отсутствия подлинного завещания предложить главе администрации подделать завещание от имени покойного Кошкина В.В.
В начале октября 2014 года Лопатина С.А. передала мне по телефону номер телефона ранее мне незнакомого Тупушева. Я не помню, номер сотового телефона или стационарного. Я в то время в начале октября 2014 года позвонила по этому телефону Тупушеву, которого попросила узнать о завещании, а на следующий день в г. Саратове Тупушев сообщил мне, что никакого завещания на мое имя нет.
В начале октября 2014 года, точное число я не помню, около 11 часов в г. Саратове по ул. Челиева, 21 я встретилась с Тупушевым, которому предложила изготовить от имени покойного Кошкина В.В. завещание на все его имущество на мое имя, за что предложила Тупушеву 1 500 000 рублей. Я также сообщила Тупушеву, что никакого завещания на мое имя нет, у него
(покойного Кошкина.— Авт. ) имеется наследник, и что вопрос с наследником я улажу сама. Тупушев сначала не соглашался, говорил, что это мошенничество, но я его уговорила. В тот же день я дала Тупушеву аналогичную копию доверенности (от) 09.09.2013 года, которую ранее давала Лопатиной. Тупушев после уехал, но мы с ним договорились, что 12 октября 2014 года я приеду за завещанием, и если что-то изменится, Тупушев должен был мне позвонить. Тупушев мне не позвонил, что означало, что можно мне ехать за изготовленным поддельным завещанием от имени Кошкина В.В. 12 октября утром я позвонила Лопатиной и спросила, поедет ли она в Ершов сегодня. Лопатина ответила, что поедет. Я попросила Лопатину, чтобы я поехала вместе с ней на разных автомобилях, чтобы последняя указала мне дорогу до села Новая Краснянка. Лопатина согласилась. Об истинных своих целях и намерениях я Лопатиной не сообщала, и она не спрашивала меня о цели поездки. По пути следования я вместе с Лопатиной общались на различные темы бытового характера. Около г. Ершова мне позвонила Лопатина и сообщила о повороте на село Новая Краснянка, когда я ехала следом за ней на своем автомобиле «Ауди Q7» серого цвета. Лопатина ехала впереди меня в пределах видимости на своем автомобиле марки «Ауди Q5» белого цвета.
12 октября 2014 года около 15 часов 30 минут я подъехала к зданию администрации Новокраснянского МО и поднялась в кабинет к Тупушеву, он позвонил по телефону и спустя 10 минут в кабинет к нему зашла ранее незнакомая мне Устинова. В моем присутствии он передал Устиновой завещания и книгу, которые он вынул из своего стола, и сказал Устиновой поставить свою подпись и гербовую печать, что последняя и сделала. Один экземпляр завещания Устинова передала мне, а второй экземпляр оставила себе. Пока Устинова оформляла мне справку о том, что завещание не отменено, я спросила у Тупушева, что это за женщина. На что он ответил, что это сотрудник, который имеет право на совершение нотариальных действий. А у него такого права нет. Забрав завещание от имени Кошкина, я уехала в Саратов. С Лопатиной я не встречалась. С Тупушевым я выясняла, что если будут суды по завещанию, то Устинова подтвердит факт заверения завещания. Я ни Лопатиной, ни Гнатенко не говорила о вышеизложенном. (…)
Я считаю, что Тупушев осознавал, что я не имела никаких законных оснований на наследуемое имущество Кошкина В.В., и что изготовленное поддельное завещание лишало законного наследника (возможности) получить это имущество. Тупушеву я обещанные денежные средства не передавала, поскольку завещание было признано недействительным, имущество я не получила. Ранее я не сообщала следствию о вышеназванных фактах, поскольку не хотела давать никаких показаний, а сейчас раскаиваюсь и дала правдивые показания».

С учетом свидетельств других участников процесса и показаний самой Галины Владимировны в суде позволю себе сомневаться в искренности ее раскаяния. Во всяком случае, в августе 2015 года обвиняемая Крупнова рассказала следователю Кирееву далеко не обо всех обстоятельствах своего общения с Тупушевым, о чем стало известно лишь на судебном процессе. В частности, в своем выступлении в суде Крупнова рассказала, как Тупушев попросил у нее 30 тысяч рублей для женщины, которая должна будет изготовить и заверить подложное завещание. И Крупнова, если верить ее словам, была вынуждена эту сумму Тупушеву отдать.

Ознакомьтесь так же:  Отмена рейсов компенсация

В июне 2016 года судья Анна Тихонова вынесла подсудимым Крупновой и Лопатиной обвинительный приговор с реальными сроками лишения свободы

В феврале 2015 года имел место еще один противоправный контакт Галины Владимировны с Хамзадой Тупушевым. О нем якобы раскаявшаяся Крупнова также умолчала в показаниях в августе 2015 года. Правда, об этом контакте подробно рассказала Устинова в показаниях от 28 мая 2015 года, то есть вскоре после самоубийства Тупушева. Речь идет о том, как в феврале 2015 года, когда гражданский судебный процесс между Галиной Крупновой и Виктором Кошкиным был в самом разгаре, глава администрации Новой Краснянки Тупушев при содействии Галины Крупновой пытался уничтожить улики совершенного преступления. На мой взгляд, в этой части свидетельские показания Ольги Устиновой однозначно уличают Тупушева как человека, изготовившего подложное завещание, и говорят о полной невиновности Светланы Лопатиной.
Вот что об их визите в Саратов и о встрече с Крупновой поведала Устинова:
Из показаний Ольги Устиновой от 28 мая 2015 года:
«… в феврале 2015 года мне после рабочего дня позвонил Тупушев, по-моему, в пятницу, и сказал, что в субботу, то есть завтра, я должна буду вместе с ним поехать в Саратов. Я спросила, зачем. Тупушев спросил у меня, копировала ли я с представленной им флэш-карты, с которой я распечатала завещание от имени Кошкина на свой компьютер. Я ответила, что не помню, копировала ли я текст завещания на свой рабочий компьютер. Тупушев сказал, что в Саратов мы поедем, чтобы очистить с моего компьютера всю информацию. Я согласилась. В утреннее время я вместе с Тупушевым на автомобиле администрации, под управлением Тупушева, взяв с моего рабочего стола мой рабочий компьютер, а именно системный блок, поехали в г. Саратов. В г. Саратове Тупушев привез меня к магазину «Стройматериалы», расположенному в п. Юбилейный г. Саратова. Если ехать со стороны аэропорта г. Саратова в направлении магазина «Лента», нужно повернуть на перекрестке направо, и сразу же слева, почти у дороги, будет трехэтажный магазин «Стройматериалы», в котором также находится магазин «Продукты». (…)
Выйдя из автомобиля и подойдя к задней двери магазина, Тупушев позвонил в дверной звонок или постучал в дверь, я точно сейчас не помню. Дверь магазина изнутри открыла Крупнова и запустила нас внутрь магазина. Тупушев взял из автомобиля мой рабочий системный блок. На первом этаже данного магазина Крупнова нас подвела к сидящему за столом в одном из помещений незнакомому мужчине. На вид около 30 или 35 лет, одетого в гражданскую одежду. Другие помещения были закрыты. В помещении, где находился мужчина, на столе находился компьютер. Крупнова сказала Тупушеву, чтобы он поставил системный блок моего рабочего компьютера на стол. Тупушев поставил мой компьютер на стол, и указанный мужчина, подсоединив к моему компьютеру какие-то провода, стал что-то делать на рядом стоящем своем компьютере. Со слов Крупновой, данный мужчина удалял какую-то информацию с моего рабочего компьютера. Спустя примерно 30 минут я вместе с Тупушевым вышла из данного магазина, при этом Тупушев забрал с собой мой компьютер. Крупнова и мужчина остались в помещении магазина, а я и Тупушев, никуда не заезжая, уехали в с. Новая Краснянка Ершовского района Саратовской области. (…)
Мне неизвестно, как звали этого мужчину. Больше я свой рабочий компьютер не видела. Со слов Тупушева, он выкинул куда-то мой компьютер. Данный мой компьютер был списан. Мне Тупушев выдал стоящий на балансе новый компьютер, который ранее правительство Саратовской области подарило нам. В 2007 году или в 2008 году правительство Саратовской области подарило нам два компьютера, один из них Тупушев выбросил после вышеизложенных обстоятельств, а другой выдал мне, на котором я в настоящее время работаю».

Итак, теперь мы знаем, что Хамзада Тупушев осознанно участвовал в уничтожении улик, свидетельствующих, что во вверенной ему сельской администрации было изготовлено подложное завещание от имени Кошкина. Более того, он в очередной раз вовлек в свои неблаговидные действия Ольгу Устинову. Спрашивается, зачем? Скрыть, что подложное завещание изготовлено и заверено в администрации Новой Краснянки, было невозможно. Ведь в феврале 2015 года в Октябрьском районном суде Саратова рассматривалось известное читателю гражданское дело. И в этом деле находился подлинник подложного завещания со всеми необходимыми атрибутами администрации Новой Краснянки. Так зачем же Тупушеву потребовалось ехать в выходной день в Саратов, чтобы очистить компьютер Устиновой от какой-то нежелательной для главы Новой Краснянки информации?
И какая информация могла беспокоить Тупушева? Если допустить, что Ольга Устинова распечатала завещание с переданной Хамзадой Рафиковичем флэшки, не копируя текст на свой компьютер, беспокоиться вроде бы не о чем. Если Устинова все же скопировала файл, то он мог остаться в ее компьютере. И его могла обнаружить соответствующая экспертиза.
А если допустить, что сам Тупушев, не желая афишировать перед Устиновой свое участие в совместном с Крупновой преступлении, лично изготовил на компьютере Устиновой текст подложного завещания, сбросил его на флэшку, после чего передал ее Устиновой для распечатки завещания? В этом случае в компьютере Устиновой мог сохраниться файл с подложным завещанием. Допустить, чтобы подобная информация оказалась у правоохранительных органов, Тупушев не мог. И хотя в феврале 2015 года никакого уголовного дела еще возбуждено не было, Тупушев не ограничился поездкой в Саратов с целью «очистки» компьютера Устиновой. Теперь мы знаем, что он дополнительно подстраховался и даже уничтожил системный блок прежнего рабочего компьютера Ольги Устиновой. К моменту, когда уголовное дело все же было возбуждено и пошло предварительное расследование, отсутствие этой важнейшей улики, невозможность ее исследовать, предопределили уже известный читателю печальный финал для Светланы Лопатиной. Тупушев фактически оговорил Лопатину. И в итоге его театрализованная эскапада с явкой с повинной закончилась для Светланы Алексеевны приговором в виде лишения свободы на 3 года и 5 месяцев.
Хотелось бы обратить внимание еще на одно неприятное для Светланы Лопатиной обстоятельство данного уголовного дела. Информация о попытках Тупушева очистить рабочий компьютер администрации при содействии Галины Крупновой и неизвестного мужчины имеется лишь в показаниях Ольги Устиновой. Якобы раскаявшаяся Крупнова ни до, ни после 28 августа 2015 года про этот эпизод по уничтожению улик не упоминает. И это, на мой взгляд, дало суду лишние основания сомневаться в искренности ее раскаяния и правдивости показаний. В том числе и тех, где она говорила о невиновности Светланы Лопатиной.
Есть и еще один важный момент в показаниях Ольги Устиновой, который я также считаю уместным привести. На том же самом допросе 28 мая 2015 года Ольга Тимофеевна сообщила: «Согласно предоставленной Тупушевым декларации о доходах за период 2014 года, Тупушевым в сентябре 2014 года был открыт расчетный счет в ОАО «Сбербанк» и остаток по счету составлял чуть более 300 000 рублей».
Данную информацию в ходе предварительного следствия никто не проверял. А зачем? Тупушев к тому моменту все равно был на том свете, а у следствия сформировался вполне ощутимый обвинительный уклон в отношении Светланы Лопатиной. А зря! Как уже было сказано выше, доказательств наличия у Лопатиной какого-либо корыстного мотива так и не удалось обнаружить и представить на суде. А вот открытие Хамзадой Тупушевым банковского счета с крупной суммой денег как раз накануне изготовления подложного завещания со всей очевидностью может свидетельствовать о наличии корыстного мотива в деятельности главы Новой Краснянки.
Можно много еще говорить об огрехах и очевидных процессуальных нарушениях, допущенных в ходе предварительного следствия и судебного процесса. Например, адвокат Елена Сергун в ходе апелляционного рассмотрения приговора суда первой инстанции в Саратовском областном суде отважилась говорить о нарушении судьей Анной Тихоновой тайны совещательной комнаты. В суде были представлены скриншоты с сайта Октябрьского районного суда, из которых следовало, что в период работы над приговором по делу Крупновой и Лопатиной у судьи Тихоновой назначались и иные судебные процессы. Обратила Елена Леандровна внимание и на то, что в тексте приговора появилось около 20 страниц, которые не оглашались в зале судебного заседания. А также из приговора почему-то исчезли несколько страниц, которые прозвучали в зале, но не попали в окончательный напечатанный текст. Однако на апелляционную коллегию по уголовным делам аргументы Сергун впечатления не произвели. Справке из Октябрьского районного суда, что в период работы над приговором судья Тихонова ни в каких иных судебных процессах не участвовала, тройка судей поверила больше, нежели скриншотам, представленным адвокатом Сергун. А аудиозапись, сделанную Светланой Лопатиной при оглашении приговора, судьи из апелляционной коллегии слушать и вовсе не стали, усомнившись в ее достоверности. В итоге первоначальный приговор (с очень небольшим изменением) остался в силе. В том числе и назначенное обеим подсудимым наказание.

Наказание без вины не бывает?
Но больше всего во всей описанной выше истории меня волнуют два вопроса: кому и зачем потребовалось сажать в тюрьму нотариуса Лопатину? Ведь очевидно, что ни состава преступления, ни серьезных доказательств участия ее в данном преступлении нет. Тем не менее, Светлана Алексеевна на несколько лет оказалась за решеткой.
Работая над этим материалом, мне довелось пообщаться с определенным количеством дипломированных юристов. При этом в качестве возможных версий, проливающих свет на подоплеку данного уголовного дела и его печальный финал, называют две: «краснодарская» и «прокурорская». Изложу кратко суть каждой из них.
«Краснодарская» версия . Рассказывающие о ней источники утверждают, что громкое и скандальное дело в отношении нотариуса Лопатиной потребовалось для устранения с поста главы нотариальной палаты Саратовской области Валентины Грушицыной. А устранить Грушицыну нужно было якобы для того, чтобы освободить ее кресло для одной уважаемой и искушенной в нотариальном деле дамы, которая вроде бы собиралась переехать в Саратов из Краснодарского края. Однако ни сама Валентина Грушицына, ни дальнейший ход событий не подтвердили эту версию. Валентина Алексеевна Грушицына по-прежнему возглавляет нотариальную палату Саратовской области. И, как пояснила мне сама Грушицына, не припомнит, чтобы в последнее время кто-то претендовал на ее кресло. Появление в Саратове нового нотариуса с краснодарскими корнями в последнее время также не отмечено. Поэтому «краснодарскую версию» скорее всего можно считать плодом чьей-то нездоровой фантазии.
«Прокурорская» версия . Сторонники этой версии утверждают, что установка посадить какого-либо нотариуса из провинции исходила от верхов областной прокуратуры. Якобы у этих верхов была большая нужда на время убрать из Саратова дочку высокого прокурорского начальника, вляпавшуюся в скандальный дорожно-транспортный инцидент. Якобы родитель рассчитывал, что в степном Заволжье его дочь перевоспитается. Да и возможности попасть в громкие скандалы в Ершове у нее будут ограничены.
Данная «прокурорская» версия имела и некоторое косвенное подтверждение. В частности, в конце мая, вскоре после того как в отношении Светланы Лопатиной была избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, в ряде СМИ появилась следующая информация:
«Женщина пыталась получить «Мерседес» и недвижимость по ложному завещанию
Взята под домашний арест нотариус Ершова и Ершовского района Светлана Лопатина, обвиненная в мошенничестве с завещанием, сообщает пресс-служба прокуратуры Саратовской области.
По версии следствия, в октябре 2014 года Лопатина договорилась с не упоминаемой в материалах прокуратуры гражданкой завладеть имуществом, оставшимся после смерти состоятельного человека, ее знакомого, умершего в 2014 году. Нотариус составила завещание и подделала подпись, после чего передала завещание гражданке, чтобы та предъявила его в администрации. Там документ удостоверили, и 19 декабря 2014 года «наследница» предъявила завещание нотариусу нотариального округа Саратова с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство на имущество. Гражданке должны были достаться автомобиль марки «Мерседес бенц 280» 2007 года выпуска, однокомнатная квартира общей площадью 37,5 кв. м на ул. Авиационной в Саратове, трехкомнатная квартира общей площадью 94,5 кв. м на ул. Челюскинцев в Саратове, часть дома в Ершове и домик для отдыха площадью 79,2 кв. м в Усть-Курдюмском участковом лесничестве Саратовской области.
Настоящие родственники умершего 12 марта добились признать это завещание недействительным. От ареста Лопатину спасло то, что она положительно характеризуется, у нее есть семья, в том числе двое детей. Расследование уголовного дела прокуратурой города взято на контроль»
.
Обратим внимание, что в данной информации имеется ссылка на пресс-службу областной прокуратуры. При прокурорах области Макарове, Бондаре и Григорьеве функции пресс-службы выполнял один-единственный человек — помощник прокурора области по связям с общественностью Нина Павловна Геллерт. Потом, уже у прокурора области Владимира Степанова, были другие помощники по связям с общественностью, но только стиль работы у них кардинально изменился: насколько это возможно, не общаться с прессой. И вдруг появляется некая «пресс-служба прокуратуры области», которая предоставляет в прессу полностью искаженную информацию о деле Лопатиной-Крупновой. При этом непонятно, чем данное дело, к тому же относящееся к полицейской подследственности, так заинтересовало прокуратуру области. Данную информацию перепечатали многие интернет-порталы: начиная с официального сайта правовой информации «Право.Ру» и кончая «МК» в Саратове».
Однако дальше дело не пошло. Во всяком случае, нового нотариуса взамен Лопатиной в городе Ершове так и не появилось. То есть «прокурорская версия» также не получила развития и подтверждения.

8 сентября 2016 года апелляционная инстанция Саратовского областного суда оставила первоначальный приговор в силе, внеся в него лишь одно незначительное изменение

Эти две весьма зыбкие версии я бы лично отнес к «субъективным факторам», которые в принципе могли повлиять на обвинительный приговор в отношении Светланы Лопатиной. Но, на мой взгляд, никак нельзя сбрасывать со счетов один весьма важный фактор, который делает возможным повторение подобных печальных историй с саратовскими нотариусами в будущем. И этот фактор уже объективный. Я имею в виду систему взаимоотношений между нотариусом и его клиентом, которые выходят за рамки обычных контактов при получении юридической услуги и переходят в разряд близких неформально-деловых связей.
Впрочем, пока я одинок в определении подобной практики как порочной. Во всяком случае, председатель областной нотариальной палаты Валентина Грушицына решительно не согласна с таким моим мнением. Более того, Валентина Алексеевна искренне считает, что устанавливая близкие отношения с клиентами, ее подчиненные внедряют в отечественную практику нотариальной работы передовые методы, уже давно ставшие нормой в цивилизованных странах Запада.
«Смотрите, на Западе у солидных людей давно уже стало правилом хорошего тона иметь своего «семейного нотариуса». Семейному нотариусу, которого клиент знает много лет, он без труда может доверить свои сокровенные тайны. Семейный нотариус как никто другой может помочь в составлении брачного контракта или иного документа, который не доверишь постороннему человеку» ,— пыталась убедить меня Валентина Алексеевна. Возможно, ей бы это и удалось. Но в отличие от госпожи Грушицыной я читал материалы уголовного дела. А в них содержатся результаты оперативной «прослушки» телефонных разговоров «семейного нотариуса» Оксаны Эдуардовны Гнатенко со своей клиенткой Галиной Крупновой. В ходе одного из таких разговоров речь заходит о некой женщине, которую Гнатенко и Крупнова называют между собой то «Светкой», то «этой тетей». По всему видно, «эта тетя» доставляет Крупновой массу беспокойства. И Гнатенко советует Лопатиной приобрести для «Светки» путевку в санаторий.
В ходе допросов в качестве свидетеля нотариус Гнатенко решительно отказалась сообщать следствию фамилию той, кого она называла то «Светкой», то «этой тетей», ссылаясь на 51-ю статью Конституции, позволяющую не свидетельствовать против себя и своих близких. И в результате нотариус Светлана Лопатина надолго оказалась в тюрьме.