Спор гераклита парменида

Гераклит и Парменид

Гераклит и Парменид

Гераклит (Heraclitus) и Парменид (Parmenides) принадлежат ко второму поколению греческих философов. Первый философ, Фалес, образно говоря, «открыл свои умственные очи» и увидел природу, physis. В этом смысле Парменид и Гераклит имели перед умственными очами не только physis, но и теории первого поколения философов. Как мы видели, в связи с вопросами о постоянном элементе всех изменений вначале возник внутренний диалог между Фалесом и Анаксимандром. Парменид и Гераклит, напротив, вступили в спор по поводу разделяемых их предшественниками базисных предпосылок.

Первое поколение натурфилософов считало, что изменение существует. Для них это было предпосылкой, предположением. Исходя из нее, они спрашивали, что является постоянным элементом всех изменений. Второе поколение философов подвергло сомнению эту предпосылку, задав вопрос о том, существует ли изменение? Его представители сделали предметом критического размышления предпосылку, принимавшуюся первым поколением. Парменид и Гераклит предложили явно диаметрально противоположные ответы на этот вопрос. Гераклит утверждал, что все находится в состоянии постоянного изменения или движения. В то же время Парменид считал, что ничто не находится в состоянии изменения! При буквальном понимании оба эти ответа кажутся бессмысленными. Однако, как и в ситуации с ответом Фалеса, буквальное понимание не соответствует тому, что говорили эти философы.

Жизнь. Гераклит был родом из соседнего с Милетом морского порта Эфес. Он жил около 500-х гг. до Р.Х., то есть приблизительно на 80 лет позже Фалеса. Известно несколько историй о Гераклите, но маловероятно, что они имеют под собой реальную основу. При всем этом имеется возможность восстановить его образ по сохранившимся фрагментам. Гераклит предстает замкнутым, резко саркастическим философом, который не всегда понимался современниками и в силу этого был низкого мнения об их умственных способностях. Вот почему он утверждал, что человеческие мнения и точки зрения похожи на «игрушки для детей» [D: 70 [В немецком переводе в качестве основного источника цитируемых фрагментов досократиков используется работа Die Fragmente der Vorsokratiker. Griechisch und Deutsch von Hermann Diels. Bd. 1. Sechste, veibesserte Auflage. Hb. von W.Krantz. Berlin, 1951. В английском переводе используется работа Ch. H.Kahn. The Art and Thought of Heraclitus: An Edition of the Fragments with Translation and Commentary. Cambridge, 1989. В русском переводе в качестве основного источника используется с сохранением нумерация Дильса-Кранца работа Фрагменты ранних греческих философов. Часть I. От эпических теокосмогоний до возникновения атомистики. Издание подготовил А. Лебедев. Под редакцией И.Д.Рожанского. М.: Наука, 1989.]]. Те же, кто не понимает, согласно другому фрагменту Гераклита [D: 34], похожи на глухих, «отсутствующих, когда присутствуют». Более того, имея в виду суждения большинства, Гераклит сравнивал его представителей с «ослами, предпочитающими солому золоту» [D: 9].

Непонимание современниками учения Гераклита, очевидно, объяснялось не только ложными суждениями большинства. Как философу, Гераклиту было дано прозвище «Темный». Он часто выражал свои мысли с помощью неясных и многозначительных метафор. В противоположность милетским натурфилософам, которые подчеркнуто стремились дистанцировать себя от мифического, Гераклит был склонен к мифологическому стилю выражения. Он не обладал той степенью научности, которую можно найти у милетцев. Не оперировал он и с логическими, хорошо определенными понятиями, как это делали Парменид и элеаты. Гераклит опирался на интуицию и визионерство — его речь походила на слова оракула. Возможно, он имел в виду самого себя, когда говорил, что «бог, который прорицает в Дельфах, не объявляет и не утаивает, а подает знак» [D: 93].

Труды. Насколько мы знаем, Гераклит хранил свои работы в храме Артемиды Эфесской. Сохранилось относительно много его фрагментов. Считается, что 126 фрагментов достоверно принадлежат ему, а авторство 13 фрагментов вызывает сомнения.

В гераклитовских фрагментах упоминаются также и другие философы. Это свидетельствует о том, что философы начинают интересоваться не только исключительно внешними явлениями, но и занимают определенную позицию по отношению к тому, что другие философы говорили о философских проблемах. В результате, благодаря дискуссиям между философами и комментированию работ одних философов в трудах других, возникает и поддерживается философская традиция.

Утверждение «все, абсолютно все, находится в состоянии непрерывного изменения», оказывается логически противоречивым в свете следующего обстоятельства. Мы не можем сформулировать утверждение «все находится в состоянии изменения» без помощи языка. Он выступает в данном отношении как средство указания и распознавания объектов, которые должны длиться, по крайней мере, определенный интервал времени. Таким образом, условием построения и осмысленности этого утверждения является допущение неизменности объектов, что противоречит тому, о чем говорится в нем. Но Гераклит, действительно, не говорит, что все находится в состоянии непрерывного изменения. Он говорит, что:

1) все находится в состоянии непрерывного изменения [Ср. с фрагментом [D: 91]: «в одну и ту же реку нельзя войти дважды, и нельзя дважды застигнуть смертную природу в одном и том же состоянии… Она образуется и расплывается, приближается и удаляется».], однако

2) изменение происходит согласно неизменному закону (логосу) [См. фрагмент [D: 30]: «космос один и тот же для всего существующего, не создан ни богом, ни человеком, но всегда был, есть и будет вечно живым огнем, возникающим согласно мере и согласно мере угасающим».] и

3) этот закон включает взаимодействие противоположностей [См. фрагмент [D: 8]: «рожденная противоположность собирает вместе, из отдельных музыкальных звуков возникает совершенная гармония, все вещи происходят благодаря конфликту». Ср. с фрагментом [D: 51]: «люди не понимают, как расходящееся само с собой согласуется подобно возвращающейся (к себе) гармонии, как у лука и лиры».],

4) причем это взаимодействие противоположностей как целое порождает гармонию [В учении Гераклита, таким образом, имеются моменты «диалектики», которые могут напомнить нам Гегеля и Маркса с их положением о том, что история движется вперед благодаря взаимодействию противоположностей.].

Мы можем интерпретировать Гераклита следующим образом. Все находится в состоянии непрерывного изменения в соответствии с законом взаимодействия противоположных сил. Так, например, наш собственный дом является объектом, который, как и все остальное, находится в процессе изменения. Изменения осуществляются благодаря взаимодействию противоположных сил. Обобщенно говоря, одни из них носят по отношению к дому созидательный, конструктивный характер, а противоположные им — разрушительный, деструктивный. Однако временно, в течение многих лет, конструктивные силы превалируют над деструктивными. Поэтому дом, как таковой, будет существовать так долго, как сохраняется эта ситуация. Но и баланс сил подвержен изменению, и в некоторый момент времени деструктивные силы начинают преобладать. В результате дом разрушается — сила тяжести и разложение берут верх над своими противоположностями.

Иначе говоря, Гераклит не отрицает, что вещи достаточно продолжительно могут длиться во времени. Однако базисным принципом всех преходящих вещей является взаимодействие между соответствующими силами, баланс между которыми изменяется согласно закону, логосу. Поэтому настоящей субстанцией изменяющихся вещей является не вещественная первооснова, а логос!

Для Гераклита логос является скрытым, общим единством в разнообразии. Тождество — вот что логически предполагается во всех различиях.

Хотя нам известно больше фрагментов из наследия Геракликта, чем милетцев, интерпретировать его не намного легче, поскольку он выражался поэтическими образами. Например, когда он говорит об огне (греч. руr), то остается неясным, был ли огонь для него, как и для милетских философов, «первоосновой» или же он использовал слово «огонь» в качестве метафоры изменения (всепоглощающий огонь). Возможны обе интерпретации.

В одном из фрагментов [D: 90] Гераклит говорит, что «все вещи превращаются в огонь, а огонь — во все вещи, подобно тому, как товары обмениваются на золото, а золото — на товары». Если мы интерпретируем огонь как первооснову, тогда можно допустить связь между философией природы и экономикой. Действительно, понятие первоосновы как общего элемента, посредством которого происходит изменение всех вещей, здесь связывается с понятием денег, золота, как общего для обмена всех товаров базиса, где различные товары сравниваются друг с другом благодаря тому, что они измеряются одним и тем же общим стандартом.

Некоторые ученые политически интерпретируют Гераклита как сторонника войны. Основой для этого служит фрагмент [D: 53]: «война является отцом всего и царем над всем». Более тщательное его прочтение указывает на мысль Гераклита о фундаментальности в природе напряженности между альтернативными силами. Война, конфликт (греч. polemos, отсюда «полемика») являются проявлениями этой космологической напряженности, которая является «отцом» всего, иначе говоря, базисным принципом всего.

Гераклит также говорит о мире, сгорающем во вселенском пожаре и возникающем вновь через регулярные промежутки времени. К этому циклу с непрерывно вспыхивающими пожарами и новыми мирами позднее обращаются стоики.

Альтернативную Гераклиту позицию занимает Парменид. Это не значит, что для него безоговорочно утверждение: «ничто не находится в состоянии изменения». Парменид утверждает, что изменение является логически невозможным. Как и для Гераклита, для Парме-нида исходным пунктом выступает «логическое». Реконструировать его аргументы можно, по-видимому, следующим образом:

А) 1) Что существует — существует.

Что не существует — не существует. 2) Что существует — может быть мыслимо. Что не существует — не может быть мыслимо.

Б) Идея изменения предполагает, что нечто начинает существовать и что нечто прекращает существовать. Например, яблоко из зеленого становится красным. Зеленый цвет исчезает, становится «несуществующим». Эти рассуждения показывают, что изменение предполагает небытие, которое не может быть мыслимо. В силу этого мы не способны выразить изменение в мышлении. Следовательно, изменение логически невозможно.

Ознакомьтесь так же:  Новый налог на предпринимателей с 2019 года

Конечно, Парменид знал также хорошо, как и мы, что наши органы чувств свидетельствуют о самых разнообразных изменениях. Однако перед ним возникла дилемма. Разум говорит, что изменение логически невозможно. Чувства же свидетельствуют, что изменение существует. На что следует положиться? Грек Парменид с основанием утверждает, что мы должны верить разуму. Разум прав, а чувства обманывают нас.

Еще при жизни Парменида стремились опровергнуть этот вывод. Рассказывают, что один из оппонентов попытался показать абсурдность этого вывода следующим образом. Во время произнесения умозаключения, аналогичного умозаключению Б), этот оппонент встал и начал ходить!

Но, как и раньше, посмотрим на следствия парменидовского утверждения. Впервые в интеллектуальной истории человек настолько полностью доверился ходу и результатам логического мышления, что его не могли поколебать даже противоречащие этим результатам чувственные наблюдения. С этой точки зрения Парменид является первым твердокаменным рационалистом! В этом смысле не столь важно, был ли ход его мысли формально правильным или нет.

Благодаря тому, что Парменид предложил основывать рассуждения на рациональной аргументации, он стал первым ученым, который внес существенный вклад в развитие логического мышления.

Жизнь. Парменид являлся современником Гераклита. Его философский расцвет приходился на V век до Р.Х. Он жил в греческой колонии Элея в южной Италии. Полагают, что Парменид был в родном городе очень уважаемым гражданином, принимал активное участие в общественной и политической жизни, в частности, в разработке законов.

Учеником Парменида был Зенон Элейский (Zenon of Elea), стремившийся защитить учение о логической невозможности изменения. Он пытался доказать, что учения, утверждающие возможность изменения, ведут к логическим парадоксам. Один из таких парадоксов иллюстрируется рассказом об Ахиллесе и черепахе.

Ахиллес и черепаха участвуют в соревновании по бегу. Они стартуют в один и тот же момент времени (t0), но черепаха находится на некотором расстоянии впереди Ахиллеса. Предположим, что Ахиллес бежит в 50 раз быстрее черепахи. Когда Ахиллес в момент времени t, добежит до места, с которого стартовала черепаха (в t0), она проползет дальше на расстояние, равное 1/50 расстояния, которое преодолел Ахиллес за промежуток времени между t0 и t, Когда Ахиллес в момент времени t2 достигнет места, в котором черепаха находилась в момент времени t, тогда она снова проползет дальше на 1/50 расстояния, которое пробежит Ахиллес за промежуток времени между t2 и t, и так далее. Расстояние, на которое черепаха будет впереди Ахиллеса, будет становиться все меньше. Однако она всегда будет впереди, так как черепаха будет продвигаться вперед за то время, за которое Ахиллес будет достигать точки, в которой черепаха была в предыдущий момент времени. Поэтому Ахиллес никогда не догонит и не перегонит черепаху [Этот парадокс типичен для греческого мышления, не допускавшего понятия мгновенной скорости в точке, то есть скорости тела в один бесконечно малый момент времени в одной точке пространства. Итак, существуют некоторые вопросы, которые не могут обсуждаться.].

Говорят, что Парменид был знаком с пифагорейцами, которые разделяли философские взгляды, близкие его рационализму.

Труды. До нас дошла почти целиком философская поэма Парменида. Мы также располагаем информацией о нем из вторых рук, Платон написал диалог под названием Парменид.

Учение Парменида завершается установлением непреодолимой границы между разумом и чувствами. Схематически она может быть представлена следующим образом:

разум / чувства = бытие / небытие = покой / изменение = единое / множественное

Другими словами, разум постигает реальное как нечто покоящееся (и единое). Чувства дают нам только нереальное, которое находится в состоянии изменения (и множественности). Подобное разделение, или дуализм, присуще и некоторым другим греческим философам, например Платону. Но в противоположность другим дуалистам Парменид, по-видимому, в такой степени игнорирует чувства и чувственные объекты, что все «находящееся под чертой» считает лишенным реальности. Чувственных объектов не существует! Если верна эта интерпретация, то мы почти с уверенностью можем считать Парменида представителем монизма. Согласно этому учению, все существующее есть одно (единое), а не многое, и эта реальность может быть познана только разумом.

Спор гераклита парменида

Парменид — древнегреческий философ и политик.

Пара(ы) противоположностей или дополнение до пары противоположностей

Отдельные философские парадигмы, метафоры и идеи…

Предельные категории, различные картины (модели) мира

Концепции Гераклита и Парменида

«Концепция Парменида, при всей своей явной парадоксальности, при всём очевидном расхождении с опытом, кажется по сравнению с концепцией Гераклита более простой, не столь неожиданной.

Движение и вообще изменение противоречит понятию бытия, поэтому Парменид приписывает бытию неизменность и гомогенность — абсолютную себетождественность во времени и в пространстве. Бытие едино и неподвижно. А что касается видимого движения, то древнегреческая мысль, вводя понятие субстанции, уже отказалась от наивной веры в истинность эмпирических данных.

Гегель приводит рассказ о Диогене из Синопа, который в ответ на отрицание движения начал ходить. Но этот рассказ заканчивается неожиданным поворотом: когда ученик Диогена согласился с таким аргументом, Диоген начал его бить: нельзя при логическом анализе удовлетворяться чувственной достоверностью (См.: В. И. Ленин. Полное собрание сочинений, т. 28, стр. 230).

В философии элеатов греческая мысль столкнулась с апориями движения, изменчивости, многообразия. Но одновременно она столкнулась с другими апориями — апориями тождества. Апории Зенона — апории нетождественности. Зенон приводил их для негативного вывода: движения нет. Апории тождества — это то, что было скрыто в позитивных утверждениях элеатов. Основное из этих позитивных утверждений: бытие — это тождество, гомогенность, неизменность — имеет достаточно серьёзные реальные корни. Рассудок постигает в природе то, что соответствует его логической функции, отождествлению, включению индивидуальных впечатлений и частных представлений в унифицированные множества отождествлённых элементов. Субстанция — это то, что является общим для отождествлённых элементов.

Если Гераклит перешёл от конкретных веществ к самому процессу трансформации одного вещества в другое и сделал само изменение субстанцией, то Парменид сделал нечто противоположное . Он рассматривает в качестве субстанции саму неизменность, тождественность, гомогенность. В самом деле, если существует только неизменность, тождественность, гомогенность, то исчезает субъект этих предикатов, нет ничего, чему можно было бы приписать тождественность и. неизменность. Если все мгновения заполнены одним и тем же содержанием, если они в этом смысле тождественны, то время стягивается в одно непротяжённое мгновение. Если пространство не обладает гетерогенным содержанием, оно стягивается в непротяжённую точку. Так исчезает субъект неизменности, субъект тождества.

Концепция Парменида — зеркальное (т. е. с инверсией) отображение концепции Гераклита. Последнего подстерегала аналогичная опасность — аннигиляция субъекта движения, самоубийство самого движения. Если изменяется всё, то мы приходим к изменению без того, что изменяется, без того неизменного, что является субъектом изменения. Если всё сохраняется, то мы приходим к аналогичному самоубийству, опустошению, аннигиляции: исчезает изменяющийся и без этого не существующий субъект неизменности.

Таким образом, гераклито-элейская коллизия — это конфликт двух компонент бытия — неизменного субстрата и изменяющихся предикатов, конфликт, который является сквозным для науки и философии. Речь идёт именно о конфликте. Тождественность — это отрицание различий, различия — отрицание тождественности.

Если рассматривать философские школы прошлого с их вопрошающей, «программирующей» стороны, то и школа Гераклита (если такая существовала), и школа Парменида выражали не только конфликт, но и неотделимость компонент бытия. В философии Гераклита звучит адресованный будущему вопрос об инвариантном субстрате изменений, в философии Парменида — вопрос о нетождественности. О нетождественности, которую философия Парменида отрицает, — вопрос здесь исходит не от философа, это скорее крик о помощи со стороны бытия, которое философские школы разрывают, изолируя его неизолируемые полюсы».

Кузнецов Б.Г., Разум и бытие. Этюды о классическом рационализме и неклассической науке, М., «Наука», 1972 г., с. 28-29.

Учение Гераклита и Парменида о бытии и разуме

Одним из первых философов, указавших на различие чувственного и рационального познания, был Гераклит (ок. 540-480 гг. до н.э.). Но Гераклит более всего примечателен тем, что высказал ряд идей, предвосхитивших диалектику Гегеля. Широко известны высказывания Гераклита о том, что все течет и все изменяется. Он подчеркивал относительную устойчивость вещей и утверждал, что сами вещи содержат в себе противоположности, что все в этом мире происходит через борьбу. Борьба есть причина всякого возникновения и уничтожения, исчезновения. Но эту борьбу он рассматривает как гармонию, и мудрость-то и будет заключаться в том, чтобы знать все как одно. Однако мнение, т.е. знание на основе чувственного опыта, к знанию всего как одного не ведет. Многие «не понимают, как враждебное находится в согласии с собой», «что война общепринята, что вражда – обычный порядок вещей, и что все возникает через вражду». Эта «вражда» и «согласие» есть не что иное, как единство и борьба противоположностей. Таким образом, Гераклит рассматривает бытие как становление, как процесс развития, как процесс уничтожения и возникновения в одно и то же время. Бытие и небытие суть одно, едино, ибо противоположности существуют в одном и том же, бытие переходит в небытие, а небытие в бытие. Для бытия, понимаемого как процесс, первосущностью, первоэлементом может выступать только то, что само может быть видимо, воспринимаемо в этом мире как процесс. Ясно, что вода или воздух для этой роли не очень подходят. И для Гераклита таковой первосущностью, первопричиной является огонь. Да и сам космос, по мнению Гераклита, всегда был, есть и будет вечно живым огнем, мерно разгорающимся и мерно угасающим.

Однако и Гераклит еще весьма мифологичен и, по сути, вещает, а не рассуждает и доказывает. Собственно философией (и первым философом) можно было бы назвать учение Парменида, ибо Парменид стремится уже к рассуждению и доказательности своих философских положений.

Ознакомьтесь так же:  Сколько госпошлина на приватизацию квартиры в 2019 году

Парменид (род. ок. 540 г. до н.э.) жил и учил в городе Элея и являлся одним из ведущих философов элейской школы. Как и его предшественники, он ставит вопрос о едином бытии и множестве существующих вещей, но превосходит их всех в том, что ставит уже вопрос о соотношении бытия и мышления, причем, единственно достоверным источником познания истины у него однозначно выступает разум. Парменид производит резкое разграничение и противопоставление знания разумного знанию чувственному. Но и разум, по мнению Парменида, не застрахован от ошибок и рискует, идя неверным путем, не достигнуть истины. Одна из первых ошибок, как полагает Парменид, — это допущение вслед за Гераклитом наличия в самих вещах противоположностей и тем самым допущение существования небытия. Парменид однозначно утверждает, что небытие не существует. Мыслить можно только сущее, т.е. бытие, а о не-сущем (небытии) нельзя ни мыслить, ни говорить. Признается существующим только то, что мыслимо и выразимо в словах. Мышление (разум) начинает выступать критерием существования и более того, тождественно с ним.

Указав на несовпадение чувственного и рационального, Парменид явно отдает предпочтение свидетельствам разума. Разум достигает истины вопреки чувствам, противореча им. Чувственные восприятия сущего неустойчивы и смутны, текучи и изменчивы, и отличаются от мыслимого сущего, противостоя ему. Отсюда можно сделать вывод, что если физический мир, воспринимаемый чувствами, противоречив, то он не может быть истинным. Истинным может быть только сверхчувственное умопостигаемое непротиворечивое бытие.

Умопостигаемое бытие Парменида, которое только и может быть истинным, оказывается однородным, всегда себе равным, неподвижным и совершенным, в отличие от бытия как процесса, как постоянного становления, возникновения и уничтожения у Гераклита.

studopedia.org — Студопедия.Орг — 2014-2019 год. Студопедия не является автором материалов, которые размещены. Но предоставляет возможность бесплатного использования (0.001 с) .

Спор гераклита парменида

Гераклит и Парменид

Гераклит говорил: бытие и небытие суть одно. И под этим есть какие-то основания. Когда я, например, смотрю на пятна на Солнце, они кажутся мне темными. Но при ближайшем рассмотрении эти пятна всего лишь светят менее ярко, чем остальная поверхность Солнца. Так как же они светят в реальности? Сам субъект является здесь границей света и тьмы. Различая светлое, он выделяет темное и наоборот. Если есть темное, то есть нетемное, т.е. светлое. Стало быть, если есть бытие, то есть и небытие.

Это было бы так, если бы мы под бытием понимали бы качество. Но бытие есть не качество, а мысль. Мы мыслим бытие; это видно по тому, что эта мысль сопровождает всякое наше чувство. А раз бытие есть мысль, то если бытие есть, то небытия нет — очень глубокая мысль Парменида. Ведь между утверждением и отрицанием нет никаких переходов, это есть акты мысли. Само бытие отрицает небытие. Как же это все отнести к качествам? Можно сказать, что нет темного, а все есть в какой-то степени светлое; нет горячего, а все есть в какой-то степени холодное и т.д.

  • Дмитрий
  • Для комментирования войдите или зарегистрируйтесь

1. Но небытие — точно также мысль. Можно ли мыслить небытие? Согласно Пармениду: быть и мыслить — одно и то же. Следовательно, мыслить небытие — нельзя. Но ведь, когда мы все это обсуждаем здесь, мы же что-то мыслим. Конечно не абсолютное небытие, но относительное. Как небытие, скажем, вот этого сущего. После Парменида так рассуждал Платон (Диалог «Софист»).
2. Получается, что небытие — тоже мысль. А если мысль, то следуя все той же формуле Парменида, небытие — есть! Тогда Гераклита и можно понять в том смысле, что когда я мыслю, неважно что это — бытие или небытие.
3. Гераклита так же можно понять еще и по-другому. Бытие есть только тогда, когда оно определено — отличено от другого. Если мы бытие отличаем от сущности, то в силу существенного различия того и другого наше определение не удается. Необходимо рядоположное различие — как различие бытия и небытия. Получается, бытие определяется через отрицание небытия. Но точно также нуждается в определенности и небытие как отрицание бытия. Иначе говоря, мы ходим по кругу — утверждая одно, тем самым утверждаем и другое, которое его отрицает.

  • Для комментирования войдите или зарегистрируйтесь

Замечательно. Для меня ваши выводы значат только одно — понятие мышление, чтобы избежать подобных парадоксов требует расширения.
Но насколько я понял, Вы Булат придерживайтесь точки зрения, что мышление может быть только формально-логическим.
Кстати , Вы в экстазе мышления допустили нелепость.
«Получается, что небытие — тоже мысль»., ergo «небытие есть».
Зелёный дух, квадратный круг, бегущее безногое, тоже мысли и что?

  • Для комментирования войдите или зарегистрируйтесь

В том-то и состоит прелесть вывода, что он не абсурден. «Небытие есть» означает, что понятие «небытие» для нас что-то значит, а не есть пустое слово.
Например, существует ли отсутствие? Или, например, как у Аристотеля — лишенность? Вот здесь стоял стул — его сейчас нет. Или у кота есть хвост, которого у меня — нет. Кругом нас небытия ровно столько же сколько бытия. Поскольку и то (бытие), и другое (небытие) — мысль.

  • Для комментирования войдите или зарегистрируйтесь

«Но вы можете сказать, что тогда и химера существует. и я отвечу, что она действительно существует в одном смысле: ее воображают.» Беркли.
Добавьте к логическому мышлению образное и всё встанет на свои места.

  • Для комментирования войдите или зарегистрируйтесь

Но небытие — точно также мысль.

Ну, в принципе, да. Бытие и небытие — мысли, и они исключают друг друга логически. Т.е. нельзя сказать, что бытие и небытие суть одно, т.к. это противоречие. Если бытие есть, то логически следует, что небытия нет. Парменид как будто отрывает бытие от чувств, отсюда он мыслит бытие как единое, неизменное, неделимое и т.д. А чувственные качества, их изменчивость, неустойчивость — всего лишь видимость. Чувства лгут.

Гераклит же приписывает бытие чувственным качествам. Хотя возможно, что у него имеет место смешение, точнее, неразличенность мыслей и чувств.

  • Для комментирования войдите или зарегистрируйтесь

Сайт представляет собой площадку для функционирования философского интернет-сообщества, участники которого заинтересованы не только в индивидуальном, но и в коллективном философском творчестве.

Учение Гераклита и Парменида о бытии и разуме

Одним из первых философов, указавших на различие чувственного и рационального познания, был Гераклит (ок. 540-480 гг. до н.э.). Но Гераклит более всего примечателен тем, что высказал ряд идей, предвосхитивших диалектику Гегеля. Широко известны высказывания Гераклита о том, что все течет и все изменяется. Он подчеркивал относительную устойчивость вещей и утверждал, что сами вещи содержат в себе противоположности, что все в этом мире происходит через борьбу. Борьба есть причина всякого возникновения и уничтожения, исчезновения. Но эту борьбу он рассматривает как гармонию, и мудрость-то и будет заключаться в том, чтобы знать все как одно. Однако мнение, т.е. знание на основе чувственного опыта, к знанию всего как одного не ведет. Многие «не понимают, как враждебное находится в согласии с собой», «что война общепринята, что вражда – обычный порядок вещей, и что все возникает через вражду». Эта «вражда» и «согласие» есть не что иное, как единство и борьба противоположностей. Таким образом, Гераклит рассматривает бытие как становление, как процесс развития, как процесс уничтожения и возникновения в одно и то же время. Бытие и небытие суть одно, едино, ибо противоположности существуют в одном и том же, бытие переходит в небытие, а небытие в бытие. Для бытия, понимаемого как процесс, первосущностью, первоэлементом может выступать только то, что само может быть видимо, воспринимаемо в этом мире как процесс. Ясно, что вода или воздух для этой роли не очень подходят. И для Гераклита таковой первосущностью, первопричиной является огонь. Да и сам космос, по мнению Гераклита, всегда был, есть и будет вечно живым огнем, мерно разгорающимся и мерно угасающим.

Однако и Гераклит еще весьма мифологичен и, по сути, вещает, а не рассуждает и доказывает. Собственно философией (и первым философом) можно было бы назвать учение Парменида, ибо Парменид стремится уже к рассуждению и доказательности своих философских положений.

Парменид (род. ок. 540 г. до н.э.) жил и учил в городе Элея и являлся одним из ведущих философов элейской школы. Как и его предшественники, он ставит вопрос о едином бытии и множестве существующих вещей, но превосходит их всех в том, что ставит уже вопрос о соотношении бытия и мышления, причем, единственно достоверным источником познания истины у него однозначно выступает разум. Парменид производит резкое разграничение и противопоставление знания разумного знанию чувственному. Но и разум, по мнению Парменида, не застрахован от ошибок и рискует, идя неверным путем, не достигнуть истины. Одна из первых ошибок, как полагает Парменид, — это допущение вслед за Гераклитом наличия в самих вещах противоположностей и тем самым допущение существования небытия. Парменид однозначно утверждает, что небытие не существует. Мыслить можно только сущее, т.е. бытие, а о не-сущем (небытии) нельзя ни мыслить, ни говорить. Признается существующим только то, что мыслимо и выразимо в словах. Мышление (разум) начинает выступать критерием существования и более того, тождественно с ним.

Указав на несовпадение чувственного и рационального, Парменид явно отдает предпочтение свидетельствам разума. Разум достигает истины вопреки чувствам, противореча им. Чувственные восприятия сущего неустойчивы и смутны, текучи и изменчивы, и отличаются от мыслимого сущего, противостоя ему. Отсюда можно сделать вывод, что если физический мир, воспринимаемый чувствами, противоречив, то он не может быть истинным. Истинным может быть только сверхчувственное умопостигаемое непротиворечивое бытие.

Ознакомьтесь так же:  Налог на прибыль. Лекция

Умопостигаемое бытие Парменида, которое только и может быть истинным, оказывается однородным, всегда себе равным, неподвижным и совершенным, в отличие от бытия как процесса, как постоянного становления, возникновения и уничтожения у Гераклита.

6. Онтологические и гносеологические воззрения неоплатонизма и средневековой христианской

философии (Плотин, Августин, Аквинский).

Неоплатонизм (3-6 века нашей эры) представляли Аммоний, его ученик Плотин. Неоплатонизм опирался на предыдущую философскую систему Платона. Главный принцип – принцип эманации, переход от единого – ко многому. По-гречески, эманация – это истечение, переход от высшей онтологической ступени универсума к низшим, менее совершенным. Появляется понятие божественной абсолютной субстанции (первоначала), которая творит сущее путем эманации. Она излучает из самого себя все творимое им бытие, из самого себя творит весь мир с его многообразными явлениями, оставаясь чем-то вечным, неизменяемым, неделимым. Божество подвергается процессу дробления:

1) на первом этапе эманации возникает мировой ум (дух), который далее распадается на несколько духов, которые Плотин отождествляет с идеями Платона

2) далее появляется мировая душа, которая распадается на много душ

3) после появляется природа, материя, все вещества

Божественное начало – нечто абсолютно светлое, источник света, а материя – воплощение абсолютного мрака. Мир появляется в процессе проникновения божественного света и озарения им мрачной материи. Человек наиболее близок к божеству, человеческая душа – частица космической души. Но человек только через экстаз приобщается к абсолюту через оковы темницы-тела., он постигает Единое (Бога) лишь в экстатическом обращении к божественному. Эти воззрения стали основой христианской философии.

Своеобразие средневековой философии состоит в тесной ее связи с религиозной верой. При всем своеобразии взглядов отдельных мыслителей и при всех расхождениях схоластических учений, можно выделить фундаментальные мировоззренческие принципы средневековой философии:

1) теоцентризм – все в этом мире соотносится с Богом и от него получает свои определения, Бог стоит в центре всего и чем ближе к Богу вещь, тем более достойной и совершенной она объявляется; теология помещается на вершине пирамиды знания, ниже находится философия и еще ниже все остальные науки

2) креационизм (принцип творения) – все сотворено Богом из ничего, а все сотворенное (тварное) стремится к ничтожеству и уничтожению

3) провиденциализм (принцип божественного провидения) – Бог непрерывно правит миром, все уже предустановленно и предопределено; отсюда идея смысла и гармонии мирового устройства

4) персонализм — признание человека неделимой личностью, которая обладает разумом и свободой воли и сотворена по образу и подобию Бога, является венцом, вершиной творения; приоритет отдается душе и именно с ней отождествляется личность; тело же рассматривается как темница души, сосуд греха

5) ревеляционизм (откровения) — все необходимые истины человеку уже даны в божественном откровении и зафиксированы в Писании; единственно достоверный способ познания – это постижение смысла Писания

Характерными свойствами средневекового мышления являются ретроспективность и традиционализм, т.е. обращенность в прошлое. Самый древний и самый подлинный документ и аргумент для средневековья – это Библия. Чем ближе философ стоит ко времени откровения, тем меньше для него тайн в писании. Исходя из этого, патристика обладает наивысшим после Библии авторитетом. Патристика – религиозная философия созданная отцами церкви: Климент Александрийский, Ориген, Аврелий Августин (354-430 гг.) и др. Именно эта философия, первая по времени в христианстве, должна служить прообразом всего будущего философствования, его классическим образцом.

Аврелий Августин (Блаженный). Находился под влиянием неоплатоников. Будет вера, будет и понимание. Не размышлять, чтобы верить, а верить, чтобы понимать. Истина уже дана в откровении, она как бы зашифрована, скрыта в тексте Библии. Однако во многих случаях истина веры требует прояснения. Отсюда и основная задача философии: раскрыть и разъяснить священные письмена, изложить эту истину посредством разума. Бог как абсолютная субстанция творит из себя всю действительность, включая человека, причем творит постоянно, т.к. если бы перестал, то бытие обратилось в небытие. Акт творения необходим, непрерываем. Вместе с миром Бог творит пространство и время. Мир как сотворенное находится во времени и пространстве, поэтому он не вечен и ограничен. Только абсолют дает вечную неограниченность. Все в мире происходит по божественному плану, все предопределено, т.е. трудно говорить о воле человека. Эта концепция вошла в основу христианской онтологической концепции

Совершенно различает науку и религию по методу достижения истины Фома Аквинский (1225-1274 гг.). Его теория стала доктриной католической церкви. Фома продолжает традицию учителя Альберта Великого, пытаясь адаптировать учение Аристотеля к нуждам христианской религии. Он пытался повернуть христианскую философию от Платона к Аристотелю. Наука и философия, полагает он, выводят свои истины, опираясь на разум и опыт. Религия же познает свои истины из откровения. Догматы веры не противоразумны, не иррациональны, а сверхчувственны и их доказательство не под силу человеческому разуму. Вера более достоверна, чем разум: ибо он постоянно ошибается. Вера опирается на незыблемую правдивость Бога. И в моральном отношении вера более ценна, чем знание (разум), которое может отвратить человека от Бога. В случае конфликта между верой и знанием последнее слово всегда за верой. Философия (разум) лишь служанка богословия.

Дата добавления: 2015-04-19 ; просмотров: 1672 . Нарушение авторских прав

ФИЛОСОФИЯ ГЕРАКЛИТА И ЭЛЕАТОВ

Гераклит из Эфеса происходил из аристократического рода, лишенного власти демократией, провел жизнь, сторонясь свет­ских дел, а к концу жизни и вовсе стал отшельником. Основной труд «О природе», сохранившийся лишь отрывочно, еще при жизни Гераклита был признан глубокомысленным и трудным для понимания, за что автор получил прозвище «темный».

В учении о бытии (онтологии) Гераклит утверждает, что пер­воосновой мира является огонь Космос никем не сотворен, а был, есть и будет вечно живым огнем, то разгорающимся, то потухающим. Огонь вечен, космос — порождение огня. Огонь претерпевает ряд трансформаций, вначале становясь водой, а вода есть семя мироздания. Вода в свою очередь трансформи­руется в землю и воздух, порождая окружающий мир.

Гераклита можно считать основоположником учения о позна­нии (гносеологии). Он первым стал различать чувственное и рациональное познание. Познание, по его мнению, начинается с чувств, однако чувственные данные дают лишь поверхностную характеристику познаваемому, поэтому должны быть соответ­ствующим образом обработаны разумом.

Известны общественно-правовые взгляды Гераклита, в час­тности его уважение к закону. «Народ должен сражаться за за­кон, как за городскую стену, а преступление следует тушить ско­рей, чем пожар», — говорил он. Диалектика Гераклита, учиты­вающая обе стороны явления, — и его изменчивость, и его неизменную природу, не была адекватно воспринята современ­никами и подвергалась уже в античности самой разнообразной критике. Если Кратил призывал игнорировать момент устойчи­вости, то элеаты (выходцы из города Элеи) Ксенофан (ок. 570— 478 гг. до н. э.), Парменид (конец VI—V вв. до н. э.), Зенон (се­редина V в. до н. э ), наоборот, сконцентрировали внимание именно на моменте устойчивости, упрекая Гераклита в преуве­личении роли изменчивости.

Ксенофан — основатель школы элеатов. Свой главный труд «О природе» он написал в виде поэмы. Первоначалом мира считал землю, полагая, что «все рождается из земли и все в землю уходит».

Он отвергал антропоморфизм по отношению к богам, считая, что люди создают богов по своему образу и подобию — «каков человек, таков и его бог». Ксенофан придерживался позиции пантеизма и, по его мнению, Бог есть абсолютный, вечный и бесконечный космос. Он — шаровидное, неподвижное, неизмен­ное существо, не конкретно-чувственный образ, а понятийная конструкция.

В теории познания Ксенофана можно отнести к сторонникам рационализма, так как он по сути отрицал значение чувствен­ного познания, полагая, что чувственная данность — это мир яв­лений, который есть видимость.

Парменид, в отличие от Гераклита, говорил, что ничто не меняется. Характеризуя свойства бытия, он отмечал, что бытие:

• не возникло и никогда не погибнет, так как оно имеет вне­временную природу;

• единственно и целостно, т.е. не имеет частей;

• совершенно (закончено) и неподвижно.

Бытие есть то, что охватывается мыслью. Небытие (ничто) не существует, так как о нем нельзя мыслить и говорить. В гно­сеологии Парменид различает понятия «истина» и «мнение». Мнение — это внутренне противоречивая чувственная види­мость. Истина — мыслимый мир, мир единого и вечного бытия.

Зенон — яркий представитель субъективной диалектики — считал, что существует лишь то, что можно доказать. Он сфор­мулировал 40 апорий (неразрешимых затруднений), многие из которых получили широкую известность. Так, его апория «Стре­ла» указывает на мнимость чувственных впечатлений. В ней говорится о том, что, прежде чем стрела, выпущенная из лука, пролетит какое-то расстояние, она должна пролететь половину этого расстояния. Но для того чтобы пролететь эту половину, она должна пролететь половину половины. Таким образом, Зе­нон утверждал, что стрела никогда не начнет движения и все­гда будет тождественна своему месту (пространству). «Движу­щееся тело не движется ни в том месте, где оно есть, ни в том, где его нет», так как внутренняя противоречивость логических следствий из данной апории делает понятие движения «мнени­ем», т е. видимостью, а не реальностью. Рассуждения Зенона, построенные на доказательстве, сыграли большую роль в раз­витии теоретического мышления, а диалектические взгляды Ге­раклита впоследствии были использованы Гегелем, а также марксистами при создании диалектического материализма.